8 дней, 9 ночей (СИ)

Я лихорадочно соображала, что могло произойти и снова потянулась за своим планшетом.

– Под нами отсек радиолокационного оборудования, – сказала я, торопливо поглядев схемы самолета. – В переборке, разделяющей его и нишу стойки шасси, есть окошко. Возможно удастся понять, вышла стойка или нет…

Второй пилот повернулся к капитану:

– А она права. Я попробую?

– Давай, – ответил капитан, кивнув.

Второй пилот поднялся со своего места, то же сделала и я. Мы склонились над люком в полу, неподалеку от входа в кабину, и вместе разомкнули крепления.

Отложив крышку в сторону, мы поглядели в темный провал люка.

– Ладно, я спускаюсь, – сказал второй пилот и, усевшись на край люка, спустил ноги вниз.

Я тронула его за плечо:

– Подождите! Давайте может лучше я, а?

– Да ну брось, это уж не твоя забота, – сказал он, начиная спускаться. – Наткнешься там еще на что-нибудь. Не надо.

– Зато я как минимум раза в два тоньше, – заметила я, пожимая плечами.

Он только усмехнулся и исчез в темноте отсека.

– Вышка, север. Двадцать четыре пятьдесят один, – раздался голос диспетчера по радио, – к вам направляется один из «Су» тридцать четвертых, выполняющих тренировочный полет.

Ребята посмотрят, что там у вас с передней стойкой. Как поняли?

– Двадцать четыре пятьдесят один. Понял вас, вышка, – ответил капитан.

– Пятьдесят первый, время прибытия борта до одной минуты. Связь на общей частоте.

– Понял, ожидаю! – повторил капитан, поглядывая по сторонам через стекла кабины.

Я тоже немного привстала, чтобы осмотреться и заодно понять, насколько далеко мы от посадочной полосы. Но самолет по-видимому сейчас не был повернут к ней носом, и разглядеть я ничего не смогла.

Признаться, нервы были уже на пределе. До посадки оставались считанные минуты, и мне было уже откровенно страшно! Я все больше склонялась к мысли, что в данный момент мне лучше быть рядом с Настей и покрепче держать ее за руку… Ведь если совсем не повезет… Она была права, когда говорила об этом. И я полностью была с ней согласна.

– Темновато, – донесся голос из люка, прерывая мои мрачные мысли. – Можешь дать фонарь? Возьми у стюардесс в тамбуре.

– Да, сейчас… – отозвалась я, поднимаясь на ноги.

Но в этот момент эфир начал быстро наполняться переговорами, и я на мгновение замешкалась.

– Беркут шесть. Гражданский борт наблюдаю. Азимут двести пятьдесят. Выхожу на параллельный курс.

– Вышка, север. Беркут шесть, подойти для визуального осмотра. Доложите о состоянии передней стойки шасси. Как поняли?

– Беркут шесть. Принял, начинаю сближение.

– Вышка, север. Двадцать четыре пятьдесят один, удерживайте текущее направление.