8 дней, 9 ночей (СИ)

– Осторожно!

- Держите, черт побери…

На какую-то секунду мне будто бы удалось открыть глаза, которые сразу же ослепило холодным ярким светом, падавшим откуда-то сверху. Я успела разглядеть чьи-то размытые лица, частично скрытые марлевыми повязками. А потом на глаза снова опустился туман… Уже далеко не с такой активностью я подумала о том, что в очередной раз проваливаюсь в пустоту… И снова не могу пошевелиться… И даже звуки приглушились… Сознание еще некоторое время протестовало против этого, но вскоре сдалось. Вместе с этим притупилась и нестерпимая боль, а вскоре погасла совсем.

Вместе с моим сознанием.

Перед глазами темнота, в голове туман… Первое, что я услышала, приходя в себя это невероятно быструю скороговорку чьих-то голосов, прерываемую треском и шорохом радиоэфира.

– …пятьдесят один. Попал в турбулентный след! Потерял сто пятьдесят метров высоты! Не могу удерживать машину…

– Беркут шесть! Отойти на дальнюю дистанцию!.. Пятьдесят первый, сбились с курса, внимание!

– Принял.

– Пятьдесят первый, можете восстановить контроль?

– Стараюсь стабилизировать… Скорость растет…

– Пятьдесят первый, по возможности поворот на ноль девять ноль… В противном случае держитесь левее.

Тогда останется только поле прямо перед вами…

– Понял вас… – я узнала приглушенный от напряжения голос капитана. – Тяну на ноль девять ноль… Эй, вы там живые?! – последнюю фразу он бросил, коротко глянув через плечо. – Ты цела?.. Где Паша?

Мой взгляд немного прояснился. Я с трудом приподнялась и мотнула головой, сбрасывая остатки наваждения, что мгновенно аукнулось тупой болью в висках и затылке.

– Я нормально… – голос мой оказался каким-то сдавленным, хрипловатым.

– А он… Похоже, он еще там…

– Паша, отзовись! – позвал капитан. – Ты живой?

Я встала на ноги, приложила ладонь к виску, а когда отняла ее, то увидела на пальцах кровь. Этого еще не хватало…

– Сейчас попробую его достать, – проговорила я, ощущая, что на ногах стою как-то не очень твердо, а в ушах нудный и противный звон.

– Нет! – резко возразил капитан. – Выходим на полосу! Ты не успеешь! Бегом в салон, и пристегнись покрепче!

Я сфокусировала все еще немного мутный взгляд на приборах и остановилась на указателе воздушной скорости.

Триста шестьдесят или триста семьдесят.

– Мы будем садиться на такой скорости?! – воскликнула я, преодолевая нервную дрожь.

– С потерей высоты скорость резко возросла, погасить уже не успеваем. Нет высоты для маневров, до полосы две тысячи метров, – капитан не смотрел на меня, но я чувствовала, что и его нервы уже натянуты как струна. – Иди… Я сделаю все, чтобы касание было наименее фатальным… Последний поворот и садимся! Иди, слышишь?!

Но я медлила.