Бомба за пазухой

Зачем снайпер стрелял в Белецкого? Какие у тебя есть соображения?

— Я не знаю, как сформулировать, — ответил Зыков, покусывая от напряжения губу. — Вы опытнее меня, можете смеяться…

— Тебе что важнее? — с удивлением глядя в лицо Алексею, спросил Грушин. — Чтобы над тобой не смеялись или врага схватить, не дать ему человека убить? Ты уж определись, юноша!

— Он или, точнее, они хотят, чтобы мы думали, что снайперы охотятся за старшими офицерами Красной армии! — выпалил Зыков.

— А дальше, — продолжая смотреть на тело диверсанта, проговорил Бойко. — Какие их действия дальше? Будут продолжать нас отвлекать, заставят гоняться за снайпером, а сами в этот момент займутся главной целью?

— Нам нужен свой настоящий снайпер, хороший снайпер, ас, — предложил Алексей. — И нужно усилить патрулирование окраин. Особенно северных, северо-западных и северо-восточных.

В госпиталь Алексей пришел, неся на плече почти полный вещмешок спелых яблок. В палате, где лежал Самохин, лейтенанта встретили восторженным гулом. Бойцы сразу накинулись на «витамины». Вошедшая санитарка стала отбирать яблоки, увещевая раненых сначала помыть фрукты и не распространять возможную заразу. Посмеявшись, глядя на созданные суету и шум, Самохин с лейтенантом вышли на улицу. Закуривая, боец посмотрел на сложенный на колене у Алексея опустевший вещмешок и понимающе кивнул.

— Что, в переделке побывал? Дырочка, я смотрю, от пули?

— Я нашел место, откуда стрелял снайпер, — признался Зыков. — Вон там в скалах, если смотреть отсюда, градусов на десять севернее водонапорной башни.

— Поздравляю! — выражая одобрение, покачал головой бывший борец. — Это, надо сказать, большая удача. Все равно что иголку в стоне сена найти.

— Помнится, ты мне так и говорил недавно.

— А я и сейчас это говорю. И что дальше делать думаешь с этим? У каждого камня красноармейца не поставишь. Да и нашумел ты, я смотрю. Не думаешь, что спугнул вражину?

— Я думаю, что они даже обрадовались тому, что я нашел «лежку», нашел доказательства работы снайпера, что добыл доказательства, что это была не шальная пуля на излете.

— О как! — удивился Самохин. — Думаешь, что они хотят, чтобы вы так и думали, что кто-то охотится за старшими офицерами в тылу? Интересная мысля, а что придумать опосля? А что у них на самом деле в головах? Что-то посерьезнее? Я так думаю, что застрелить полковника или генерала и без всяких фантазий ущерб для армии немалый. А что же они этим хотят скрыть? Что-то еще страшнее. Взрыв в порту, водопровод взорвать или воду в нем отравить? Что страшнее-то, лейтенант?

— Да, об этом мы думаем уже, — отмахнулся Зыков. — Там люди работают, если что, то предотвратят диверсию. И патрулирование усилили.