Чуть не треснуло очко!

Он стоял перед нами почти голый, только в белых плавках, но там просматривался неплохой сервелат! Ещё не остывший и не упавший. Я внутренне застонал и тут же отметил, что вокруг его ствола было побрито. Наша ментовская форма его смутила.

— Ваши документы, — жёстко сказал Дима.

— Ребята, может, договоримся?

— Договаривайся, — согласился мой напарник.

Парень полез в бардачок машины доставать бумажник. Он встал к нам спиной и нагнулся. Плавки натянулись, и показалась полоска белого тела выше резинки. Было эротично. Я не мог оторвать взгляда от него, опять возбудил свою фантазию и чувствовал, как поднялся мой отросток.

Вскоре парень выпрямился и протянул деньги.

— И это всё? — пренебрежительно спросил Дима.

— Ребята, у меня больше нет, — униженно проговорил он.

— Не, мы так не играем. Показывай документы на себя и на девушку, — Дима стал давить.

Парень умоляюще смотрел на нас.

— Нет у меня больше, поверьте. Я ж простой студент, а тачку у отца взял покататься.

— А это твои проблемы, — жёстко отрезал Дима.

Я видел, что Димка играет, но не мог понять почему. Случайно я посмотрел на его ширинку и удивился, увидев, как его бугорок здорово увеличился.

Мне стало забавно: мы втроём стояли с увеличенными сервелатами, но каждый старался это скрыть.

Дима вдруг заглянул в машину и полностью содрал накидку. Под ней на разложенных сидениях на животе лежал парень без лишней одежды. На вид ему было лет девятнадцать, светлые короткие волосы, небесно-голубые глаза, алые пухлые губы, лёгкий пушок на подбородке и обалденное гладкое тело с шелковистой нежной кожей, покрытое ровным слоем светло-шоколадного загара. Даже там, где должны быть плавки, не было другого цвета.

От него ещё резко пахло сексом. Димка удивлённо свистнул и сказал:

— Ну, пацаны, вы влипли по полной программе. Папа Ваш знает, что в машине происходит?

Парнишка в машине посмотрел прямо мне в глаза. Он смотрел так доверчиво, искренне. Взгляд нельзя было отвести. Между нами пролетела невидимая молния. Я почувствовал его мысли и состояние. «Помоги!» — просил он. Медлить нельзя было.

— Серёга, привет! — радостно сказал я. «А может он и не Серёга, лишь бы врубился», — подумал я.

— Привет! — кажется, он понял. «Дурачок, не называй имени», — думал я про себя и быстро полез к нему обниматься.

Мы крепко обнялись.

— Меня зовут Игорь, — сказал я тихо ему на ухо.

Мне было приятно обнимать его гладкое тело, не хотелось отпускать. И он ко мне прижался крепенько. Я постукивал по спине, подавая сигнал: «Говори!».

— Игорь, как дела? — спросил он. «Фу, кажется, врубился!» — подумал я про себя. Димка и парень, застывшие в недоумении, расслабились. Я, отвечая на вопрос, начал нести какую-то ерунду, выигрывая время и давая парню врубиться. Он, кажется, понял и заулыбался.