Развод и девичья фамилия

– Кто он, Сереж?

– Посмотрим.

– Почему ты не хочешь мне сказать?

– Я не уверен. Я скажу, и неправильно – зачем?

– Затем, что я волнуюсь, черт тебя побери! – крикнула Кира. – Ты просто бесчувственное бревно!

– Я всегда бревно, – согласился он, – тебе не повезло. Такой расклад.

– А он… не вооружен?

– Нет, – сказал Сергей. На самом деле он ни в чем не был уверен. – Скорее всего нет. По-моему, это мирный обыватель, а не убийца.

– Что он ищет?

– Посмотрим, Кира.

– А… записка в портфеле у Костика дело рук этого… обывателя?

– Нет, – сказал Сергей, – записку подложил убийца.

– А кто убийца?

Ее муж засмеялся:

– Я не знаю! Правда.

– Ты узнаешь? – требовательно спросила Кира, не принимая его веселья.

– Я постараюсь, – пообещал он. – Машину придется оставить возле дальних соседей.

«Дальними» назывались соседи, которые жили через переулок от них.

– В тот раз он мог видеть мою машину, хотя я сомневаюсь. Слишком быстро бежал. Но все равно от греха подальше. Вдруг мы его спугнем?"

"– Ты будешь Глеб Жеглов, а я Шарапов, – неожиданно сказала Кира, – мы с тобой идем накрывать банду Горбатого.

– Банды нет, – заявил Сергей, – есть один только Костя Кирпич.

– Так мы идем на Костю Кирпича? – пренебрежительно протянула Кира. Ей было страшно. – Всего-то?

Он не ответил. Очевидно, думал, а когда Сергей Литвинов думал, он никого и ничего не слышал.

В Малаховку джип въехал, когда стало совсем темно, и плотный мрак, который бывает только ранней весной и поздней осенью, лег поперек дороги, и желтые столбы мощных фар вырезали из него продолговатые куски и швыряли навстречу машине.

– Как темно, – тычась носом в стекло, потому что машину бросало на ухабах подмосковной дороги, сказала Кира, – сто лет здесь не была.

– И я. Помнишь, мы хотели за городом жить?

– У нас тогда денег было мало.

Сергей хотел сказать, что теперь «на загород» им вполне может хватить, но вовремя спохватился, что «их» нет.

Есть отдельно он и отдельно она, и каждому по отдельности «загород» был не нужен. Вот ведь странность какая.

– Приехали.

Он заглушил мотор и некоторое время посидел молча. Кира смотрела в стекло и тоже молчала.

– Фонарь, – сам себе сказал Сергей, – свет мы не будем зажигать.

– Без света страшно, – тоненьким голоском заявила Кира.

Она всегда смешно боялась темноты, он знал.

– Пошли.

– А кофе?

– Я возьму.

Он подхватил рюкзак, сунул в него фонарь и включил сигнализацию. Яркий автомобильный свет прощально полыхнул и погас. Кира ушла вперед, он догнал ее. Под ногами чавкала весенняя земля, они шли молча и слушали, как она чавкает.

Не нужно было ехать, думала Кира. Бомба не падает дважды в одну воронку. Никто не придет сегодня ночью продолжать поиски.