Позывной «Курсант» — 2

— Еще раз спрашиваю, что надо изначально уметь в драке? — повторил свой вопрос Молодечный.

Парни переминались с ноги на ногу и молчали. Наверное, опасались ляпнуть что-то не то. Я тоже благоразумно изображал из себя немого. Хотя очень старался выражением лица демонстрировать интерес и огромное желание постичь Истину. Просто вряд ли мои познания, вынесенные из красивого, дорого оформленного спортзала, где тренер за не менее красивые суммы учил меня бить морду условному врагу, совпадают с мнением профессионала, заточенного на максимально эффективное решение задачи.

И потом, самбо не бокс. Тут можно и в жир ногами вляпаться. Скажу что-нибудь из привычной мне боксерской темы, а Молодечный подумает, какой интересный тип, этот Реутов. Откуда он это знает. И все. Опять я в центре внимания.

— Что? Ни у кого никаких мыслей? — Кривоносый с усмешкой снова окинул всех нас взглядом.

— Быстро думать? — скромно предположил один из парней, невысокий крепыш с достаточно неплохо развитой физухой.

— Владимир, — представился он тихо, пока мы с Марком, так сказать, вливались в строй.

А вообще, конечно, факт интересный.

Получается, нас всего пятеро. Три, прости Господи, офицера и два детдомовца. То есть мы — группа тех, кого сержант государственной безопасности Молодечный счел не совсем безнадежными и подходящими для углубленного изучения методов самообороны без оружия. Интересное соотношение выходит. Трое получекистов из нескольких десятков слушателей и целых два кандидата из семерых… черт… уже шестерых беспризорников. Счет явно не в пользу кадровых нквдешников. Я бы на месте товарища Шармазанашвили крепко задумался, в том ли месте они набирают кадры. Может, реально проще с просторов необъятной родины детдомовцов перепрофилировать?

— Знать болевые точки? — прозвучала еще одна версия от худого, жилистого парня, лет двадцати пяти на вид. Если память меня не подводит, а я в этом иногда сильно сомневаюсь, его зовут Никита. Он представлялся следующим после крепыша.

Впрочем, с возрастом могу ошибаться. Его лицо выглядело слишком изможденным, будто он последние годы провел в сыром подземелье на хлебе и воде. Даже цвет этого лица был каким-то серым с желтоватым оттенком.

— Ну… Хоть что-то… — поморщился Молодечный, намекая этой гримасой, будто наше «что-то» совсем не то, которое он хотел услышать.

 — Боец должен уметь падать. Тем более, люди вашей профессии. Вы никогда не знаете, откуда придёт опасность, как подготовлен ваш противник.

Пои слове «падать» я многозначительно показал Марку взглядом на пол. Вот, мол! Вот! Теперь обратите уже внимания, товарищи будущие самбисты. Убьемся на хер! Марк, судя по вопросительно поднятой брови, ни черта моих сигналов не понял. Я тихо вздохнул и закатил глаза.