Жнецы Страданий (СИ)

И вдруг выученица Клесха побледнела, прижала окровавленную руку к лицу. Айлиша вгляделась. Молодой парень, изодранный до костей. Кусок мяса. Как только лицо цело осталось.

Лесана обвела помертвевшим взором двор и почему-то из всех целителей увидела только стоящую на возвышении подругу.

— Сюда, сюда! — истошно закричала она, размахивая руками. — Айлиша!!!

Лекарка метнулась на зов, поспешно засовывая руки в рукава, пробежала мимо трясущегося возницы, которого кто-то из младших поил горячим питьем. Мужик лет сорока с всклокоченной, торчащей во все стороны бородой тряским голосом говорил, стуча зубами о край кружки говорил:

— Чуть опоздали до заката-то, дерево поперек дороги лежало… Пока оттащили, пока дальше тронулись, уже и смерклось.

Да ходу-то всего верста! А тут они как полезли со всех сторон. Ратоборец наш бился, да куда там. Меня только оберег и спас… А ведь чуть опоздали до заката-то…

Целительница не поняла, кто опоздал, что за дерево, она проталкивалась к Лесане.

— Помоги, — подруга вскинула глаза. Она стояла на коленях в снегу, удерживая голову молодого ратника.

 — Он живой еще. Помоги!

Девушка опустилась рядом. Неприметное лицо со сломанным носом…Вои все почти в шрамах и увечьях, странно, что Хранители берегли Лесану, не изуродовали покуда.

— Помоги. Он… он с обозом ехал, в котором мама моя приезжала, — и Лесана залилась слезами, не умея объяснить свое беспокойство по чужому человеку.

Но отчего-то юной целительнице стало ясно — плачет подруга не потому, что полюбился или приглянулся ей парень, а оттого, что сейчас держала Лесана на коленях свою судьбу. И видела ее воочию.

Как ее — такую же изодранную, привезут однажды к людям. И некому будет оплакать. Некому пожалеть. Упокоят. И забудут.

— Да, да, — забормотала Айлиша, ощупывая лицо и голову парня. — Сейчас, сейчас…

— Ты чего тут копошишься, а ну быстро в башню! — рявкнул незаметно подошедший Ихтор. — Людям помощь нужна.

Послушница подскочила и только сейчас разглядела, что на вкатившихся во двор санях лежали вперемежку с мертвыми, живые. Изорванные, окровавленные. Услышала она и глухие приказы, отдаваемые Майрико:

— Этого в мертвецкую, к вечеру в оборотня переродится, этого в покойницкую, на нем целители еще поучатся.

Этих в лекарскую. Донатос, ныне вот этих упокоить надо, чтобы не поднялись.

— Этого в покойницкую. Не жилец, — сухо говорил Донатос, осматривая еще дышащих, еще все понимающих, но уже… мертвых людей.

До костей продирали крики и стоны раненых. Айлиша застыла, в растерянности озираясь. Все вокруг были при деле. Каждый. Фебр, оскальзываясь в сугробах, бежал в лекарскую, неся на руках окровавленную девушку.