Невинная для палача

А в следующую секунду исчезает всё.

Потому что Валид устаёт ждать. Остаётся лишь чувство полной, ошеломительной наполненности. Будто в эту секунду, когда мужчина входит в меня, я становлюсь цельной.

Именно так и должно было быть.

Валид толкается, с каждой фрикцией наращивает темп.

Запрокидываю голову, позволяю этим ощущением охватить меня полностью. Словно мужчина касается не тела. Чего-то глубже. Задевает душу, которая реагирует спазмами.

Хватаюсь за Палача, чтобы удержаться. Подстраиваюсь под его движение. Мышцы под пальцами напрягаются, а я сильнее сжимаю. Пока не слышу прерывистый вздох.

– Прости, – шепчу, губами прижимаюсь к его. – Прости, я забыла.

– Наконец-то. Не развалюсь. Трогай меня, Александра. Это пиздец приятно. Нахуй твои мысли. Но извинения приму. В особой форме.

И я извиняюсь.

Обхватываю Валида за шею, прижимаюсь грудью к нему. В эту секунду всё исчезает. Есть только желание оказаться как можно ближе. Разве может быть по-другому, когда мужчина во мне?

Ладонями сдавливает ягодицы, насаживает на себя. Подставляюсь. Сама тянусь за управлением. Это безумие. Яркое, чистое сумасшествие.

Я словно не я больше. Другая версия. Более порочная и раскованная. Более жаждущая.

Целую. Касаюсь. Насаживаюсь. Борюсь с мужчиной за власть. Раз за разом проигрываю. Поддаюсь его рукам. Тону в поцелуе, позволяю Валиду трахать меня языком. Веду ладонями там, куда направляет он.

Всё он.

Полностью в его власти.

Кожа шеи пылает – Палач оставляет свои метки. Засосы, которые наверняка завтра будут едва не черными. Но это потом, когда-то. Сейчас я наслаждаюсь процессом. Ощущением. Как от этих кусачих поцелуев растекаются потоки тепла.

Я вся – костёр.

Вспыхнула, и ничего не способно погасить.

– Боже.

Стону. Невозможно молчать. Это прорывается сквозь грудную клетку, ломает кости. Сжимаю пальцами жесткие волосы, стоит Валиду прикоснуться к моему клитору. Его движения такие плавные, совсем не похожие на толчки.

Меня качает, подбрасывает.

Топит.

Маленькие бомбы взрываются в крови, превращают её в яд. Боже, можно умереть

– Да, – хрипло вздыхаю, когда мужчина ведёт по лону. – Черт.

– Хочешь кончить, лапуль? Покричи для меня.

– Да! – во мне ни стыда, ни мыслей. Неудержимое желание, которое руководит.

– Такая сладкая. Громкая. Пиздец тебе, Александра. Не слезешь с моего хуя больше."

"Мне ни капли не страшно. Гормоны танцуют во мне, заглушают все причины, почему «нельзя». Языки пламени лижут живот и грудь, в такт дыханию Палача.

Мой личный Палач.

Только убивает поцелуями.

Бедра дрожат от напряжения, их сводит судорогой. Валид держит меня, не позволяя отодвинуться. Если бы не его руки – я бы давно рухнула вниз.

Онемение расползается от кончиков пальцев до лона.