Наша навсегда

Он не поддается!

— Расстегни! — кричу я, срываясь, — давай!

Лис молча щелкает пряжкой, потом расстегивает джинсы…

И грубо перехватывает меня за затылок, наклоняя к себе.

И сходу насаживая на член губами.

Задыхаюсь от переизбытка всего, обилия вкуса, того, что он мне до горла достает!

— Да, блядь… — рычит за моей спиной Камень, двигаясь уже совсем бешено, с оттягом, каждым толчком доставая куда-то в такое место, от одного касания к которому меня начинает мелко трясти. — Да-а-а… Вот так… Да-а-а…

Лис не дает мне выдохнуть, он ритмично насаживает меня на свой член, одной рукой придерживая за затылок, а вторую кладя на горло, словно пытаясь нащупать, до какого места достает.

Мне остается только расслабиться полностью, прикрыть глаза и улететь. Много, много, очень много раз… Я не знаю, что происходит, и сколько раз я кончаю, пока они вот так, жутко порочно, грязно, развратно имеют меня. Не знаю, и не хочу знать.

Мне кажется, что я начала кончать прямо в тот момент, когда Лис заставил меня взять его член в рот.

Или раньше, когда Камень вошел сзади.

А может, до этого, когда снова стояла между ними на улице, пропитанная нашими общими жгучими эмоциями, опасностью, ненавистью, враждой… Сексом.

Я не знаю, как буду потом им в глаза смотреть.

После всего.

А, может, и не придется…

Но в этот момент, между ними, в их руках, я абсолютно, безгранично счастлива.

31

У меня, наверно, что-то вроде провалов в памяти, потому что следующее, что я вижу, это возбужденное лицо Лиса над собой.

Я лежу на спине, на кровати…

И он надо мной, смотрит, так жадно, так внимательно, что я даже моргнуть не могу.

— Ты снова наша, малышка, — шепчет он, — наша. И теперь ты никуда не сбежишь, поняла?

— Само собой, не сбежит, — слышится откуда-то сбоку бас Камня, и я, с трудом разорвав контакт взглядов с Лисом, смотрю на Лешку.

Он, с довольной до безумия физиономией, полулежит рядом и мягко поглаживает меня по волосам, разметавшимся по покрывалу.

Мы на кровати, надо же… А ведь только что были на полу в большой комнате, которая начинается сразу от входной двери.

Не дошли до постели с первого раза.

А вот теперь, похоже, дошли.

Верней, они дошли.

А я…

Я как-то тут оказалась.

Голая совсем.

И Лис между моих ног, и я чувствую, что член его, все еще мокрый от моей слюны, упирается крайне недвусмысленно и опасно…

Вздрагиваю, кладу ладони на голую грудь Лиса. Металл, сплошной горячий металл. Ему бы терминатора играть…

— Я… — внезапно вспоминается мне самое важное, что нужно сделать, о чем я намеревалась поговорить… До вот этого всего. — Мне надо сказать…

— Нахуй разговоры, малышка, — раздраженно шипит Лис, — они до добра не доводят.