Чужая дочь

 – Тише…

Его лицо приобрело осмысленное выражение:

– Что там? Все-таки пришли?..

– С работы звонят, – пояснила Тася.

Он слез с дивана, босиком прошлепал к письменному столу, снял трубку параллельного аппарата:

– Слушаю, Говоров.

– Михаил Иванович, – раздался голос Руфины Степановны… какой-то очень осторожный, не похожий на ее обычный голос, – тут к вам товарищи пришли.

– Завтра, Руфина Степановна, все завтра! – взмолился Говоров.

– Да это товарищи из МГБ… Они просят вас срочно приехать.

– Да… – выдохнул Говоров, словно видя тех, кто стоит сейчас в его приемной.

Полищук, конечно, собственной персоной. А с ним – кто-нибудь из тех же его помощников, которые арестовывали Шульгина.

Не все ли им равно, кого арестовывать?..

Он уронил трубку.

– Что случилось? – выдохнула встревоженная Тася.

– Из МГБ. Просят приехать, – с трудом произнес Говоров.

– Но как… я думала, они забыли все, – растерянно прошептала Тася.

Говоров обернулся с кривой усмешкой:

– Они?.. Они ничего не забывают! Никогда!

* * *Говоров вошел в приемную, стараясь держаться прямо. Руфины Степановны на месте не было. Впрочем, она тотчас появилась из его кабинета, прикрыла за собой дверь и, увидев начальника, всплеснула руками:

– Какой вы бледный, Михаил Иванович! Может быть, чаю выпьете? Я только что отнесла товарищу майору, а сотрудник его отказался.

Говоров кивнул, Руфина вышла. Он приблизился к двери, взялся за ручку – и вдруг услышал голоса изнутри. Кажется, Руфина не закрыла вторую, внутреннюю дверь.

– Товарищ майор, я так соображаю – обычная бытовуха, пусть уголовка этим занимается. Покойник еще тот фрукт был: выпить не дурак, ходок по бабам…

Голос был незнакомый. Но вот заговорил Полищук:

– Как у тебя все просто. А вдруг действовал не убийца-одиночка, а группа?.. Застрелен не просто гражданин, а инструктор горкома партии.

– Думаете, заговор? – настороженно спросил его сотрудник.

За спиной раздались шаги Руфины Степановны. Больше оставаться в приемной Говоров не мог. Толкнул дверь:

– Здравствуйте, товарищи.

Пожал руку сотруднику МГБ (да, это был один из тех, кто приходил за Шульгиным, с наголо бритой головой), повернулся к Полищуку.

– Майор госбезопасности…

– Полищук, – кивнул Говоров. – Я помню. Мы встречались.

Они обменялись рукопожатием."

"– Очень хорошо, что вы помните, товарищ первый секретарь, – сказал Полищук, холодно глядя ему в глаза. У него был равнодушно-деловитый вид.

– Присаживайтесь, – сказал Говоров и прошел к своему столу. – Я вас слушаю.

– Ваш сотрудник, – сообщил Полищук, – найден сегодня в своей квартире убитым.

– Так… – протянул Говоров.

– Трухманов его фамилия, – уточнил Полищук. – Что можете о нем сообщить?

Полищук сидел спиной к своему сотруднику, а Говоров – лицом к нему.