Фавориты Фортуны

Там, на территории храма Квирина, росли гранатовые деревья, посаженные самим Сципионом Африканским после его победы над Карфагеном. В том же храмовом саду находились два очень древних миртовых дерева: одно – олицетворявшее патрициев, другое – плебеев. Но в том хаосе, который последовал за Италийской войной, патрицианский мирт начал увядать. Теперь он стоял засохший, а плебейский мирт продолжал цвести. Это считалось предвестием конца патрицианства, поэтому вид его сухих ветвей не понравился Цезарю. Почему кто-нибудь не посадит новое миртовое дерево патрициев?

Сто талантов, которые Сулла разрешил Юлии оставить себе, позволили ей вести вполне приятную жизнь в удобном доме у аллеи, пролегающей между улицей Альта-Семита и Сервиевой стеной.

Дом был довольно большим. Его построили совсем недавно. Доход Юлии позволял ей держать рабов, чтобы вести хозяйство. Она даже помогала своей невестке Муции Терции, которая пока оставалась у нее. Небольшое утешение для Цезаря и Аврелии, которые с печалью вспоминали, в каких условиях жила Юлия раньше."

"Юлии было около пятидесяти, но сама она, казалось, ничуть не изменилась.

Переехав на Квиринал, она не взялась за ткачество или прядение шерсти. Она занялась настоящим делом. Хотя район был не бедным и даже не густонаселенным, она все-таки нашла семьи, которые нуждались в помощи. Причины бедствий – самые разные, от пьянства до болезней. От более высокомерной, бестактной женщины помощи не приняли бы, но Юлия умела найти подход к людям. Весь Квиринал знал, куда идти, если что-нибудь случается.

Но сегодня никаких благотворительных дел не намечалось. Юлия и Муция Терция ждали гостей с нетерпением.

– Я получила письмо от Суллы, – сообщила Муция Терция.

 – Он утверждает, что я снова должна выйти замуж.

– Но это противоречит его же законам относительно жен проскрибированных! – решительно возразила Аврелия.

– Тому, кто сочиняет законы, мама, нетрудно их обойти, – отозвался Цезарь. – Специальный указ, якобы по серьезной причине, – и дело сделано.

– И за кого же ты должна выйти замуж? – спросила Аврелия.

– В этом-то все и дело, – хмуро проговорила Юлия. – Он не сказал ей, бедняжке. Из его письма мы даже не можем понять, имеет ли он кого-либо на примете или же просто хочет, чтобы Муция сама нашла себе мужа.

– Дайте-ка письмо мне, – сказал Цезарь, протягивая руку. Он быстро пробежал глазами написанное. – Больше ничего, да? Просто приказывает тебе снова выйти замуж?

– Я не хочу снова выходить замуж! – воскликнула Муция Терция.

Наступило молчание, которое прервал Цезарь:

– Напиши Сулле и сообщи ему об этом. Напиши очень вежливо, но твердо. Посмотрим, что он сделает. И тогда ты узнаешь больше.

Муция задрожала:

– Я не могу этого сделать!

– Можешь.