Фавориты Фортуны

 – Сулла откинулся на спинку кресла. – Ну, Магн, подойдет она тебе?

– Подойдет? Конечно! – воскликнул пораженный Помпей.

– Вот и замечательно.

Казалось, груда документов на столе диктатора звала его. Сулла склонил голову, просматривая их. Через некоторое время он поднял взгляд и в изумлении посмотрел на своего посетителя:

– Я написал ей и сообщил, что она должна снова выйти замуж, Магн, так что нет никаких препятствий. А теперь оставь меня, пожалуйста. Постарайся, чтобы я получил приглашение на свадьбу."

"Помпей помчался домой принять ванну и переодеться, а в это время слуги в панике бросились узнавать, где сейчас живет Муция Терция.

И вот Помпей ринулся в дом Юлии, ослепляя встречных белизной своей тоги и оставляя за собой шлейф аромата розового масла. Дочь Сцеволы! Племянница Красса Оратора! Родственница большинства Цецилиев Метеллов! Это значит, что сыновья, которых она ему родит, будут родня по крови всем! О, ему все равно, что она вдова Мария-младшего! Ему даже будет все равно, если она окажется уродливой, как Кумская сивилла!

Уродлива? Она совсем не уродлива! Очень необычная и очень красивая. Рыжеволосая, зеленоглазая, а кожа – белая, безупречная.

А глаза! Ни у кого больше нет таких! О, она красотка! Помпей с первого взгляда без памяти влюбился, не успев еще произнести ни слова.

Неудивительно поэтому, что он не замечал других присутствующих в комнате – даже после того, как ему их представили. Он подвинул стул к стулу Муции Терции и взял ее вялую руку в свои.

– Сулла говорит, что ты должна выйти за меня замуж, – заявил он, сверкая голубыми глазами и белыми зубами.

– Это единственное, что я знаю, – отозвалась она, чувствуя, как антипатия к нему куда-то улетучивается: он выглядел откровенно счастливым и действительно очень привлекательным.

– Это Сулла о тебе позаботился, – сказал он, затаив дыхание от радости. – Ты должна признать, что он заботится о судьбах других людей.

– Естественно, что ты так думаешь, – холодно проговорила Юлия.

– На что ты жалуешься? Он поступил с тобой гораздо великодушнее, чем с прочими вдовами осужденных, – бестактно выпалил влюбленный, не отрывая взгляда от своей будущей жены.

Юлия хотела было сказать, что Сулла повинен в смерти ее единственного ребенка, но передумала.

Было известно, что этот недалекий человек предан Сулле. Вряд ли у него может быть другая точка зрения.

А Цезарь, сидевший в углу, незаметно разглядывал Гнея Помпея Магна. Внешность не римская, это точно. Галл из Пицена: нос курносый, лицо широкое, смуглая кожа. Да и выговор у него не римский. Это точно. Полное отсутствие утонченности поражало. Мясничок. Очень подходящее прозвище.

– Что ты о нем думаешь? – спросила Аврелия Цезаря, когда они возвращались в Субуру по полуденной жаре.