Фавориты Фортуны

И никогда больше не будет он сражаться против римлянина!

На гребне перевала через Пиренеи победоносный полководец разложил трофеи, включая доспехи, принадлежавшие Квинту Серторию, и те, в которых Перперна лишился головы. Они висели на высоких шестах с поперечинами, с птеригами, развеваемыми горным ветром, – немое напоминание всем, кто проходил из Галлии в Испанию, что с Римом воевать не стоит. Там же Помпей воздвиг пирамиду из камней с табличкой, на которой он написал свое имя, звание, полномочия, число городов, которые он покорил, и имена людей, которым было предоставлено римское гражданство в качестве награды.

После этого Помпей спустился в Нарбонскую Галлию и провел там зиму, поедая креветки и кефаль. В нынешнем году урожаи выдались хорошие в обеих Испаниях. Но богаче всех был урожай в Нарбонской Галлии.

В планы Помпея не входило вступать в Рим раньше середины года – но не потому, что он возвращался домой с ощущением неудачи. Просто он не знал, что делать дальше, куда направить стопы, какой еще столп римских традиций и установлений обрушить. В двадцать восьмой день сентября ему исполнится тридцать пять лет, он уже не розовощекий любимец легионов.

Ему предстояло найти цель, достойную не мальчика, но мужа. Но какую цель? Нет сомнения, сенат не захочет преподнести ему такого подарка. Помпей знал: ответ кроется в той части его сознания, куда он боялся заглядывать, и пока еще ускользает от него.

Тогда он пожал плечами и отбросил все эти мысли. Были дела поважнее – например, открыть новую дорогу, которую он проложил через Альпы. Проверить ее, замостить, назвать… Как? Помпеева дорога? Звучит неплохо! Но кто захочет умереть, оставив после себя только название дороги? Нет уж, лучше умереть, оставив просто свое имя.

Помпей Великий. Да, этим все будет сказано.

Часть VII

Сентябрь 78 г. до Р. Х. – июнь 71 г. до Р. Х"

"Цезарь не видел причин торопиться домой после того, как закончилась его служба у Публия Сервилия Ватии. Целью его путешествия было исследовать те части Ликии и провинции Азия, в которых он еще не побывал. Однако он вернулся в Рим к концу сентября в год консульства Лепида и Катула и обнаружил, что город охвачен волнениями из-за Лепида, который уехал вербовать солдат в Этрурии, забыв о своей обязанности провести курульные выборы.

Всех охватило предчувствие гражданской войны, все только об этом и говорили. Но гражданская война, реальная или воображаемая, не слишком интересовала Цезаря. У него имелись личные дела, которыми он должен был заняться.

Казалось, его мать совсем не старела, хотя какое-то изменение в ней произошло. У нее был очень печальный вид.

– Потому что Сулла умер! – осуждающе произнес сын – с вызовом, как в те времена, когда он думал, что Сулла был ее любовником.

– Да.