Неласковый отбор для Золушки

Не стала пытать, что за странным именем все меня называли. Сама она как ни в чем не бывало обращалась ко мне — Изайма. То ли в ее мозгу просто не уместилась информация, что меня зовут по-другому. То ли ей было все равно — как привыкла, так и называет.

— Как думаешь, Изайма, лорд Гвейр не тронет нас?

— Не знаю, Ри. Я его впервые вижу.

— Его все боятся, — прошептала Рианна. — Он очень суровый и властный. Но мы ведь гости. Гостей нельзя обижать.

От этой фразы у меня кольнуло в сердце. Гости… Элган тоже называл меня гостьей. И ведь не обидел. Я до жути боялась его, а он ни в чем не причинил мне вреда.

Не успел.

Что было бы, когда его наставница, глава Кей Ла Мо, приказала бы положить меня на алтарь… Надеюсь, этого я никогда не узнаю.

Рианна щебетала что-то еще, а я не слушала. В голове вертелся вопрос — сказать, что ее мать может быть жива? Дождаться, пока Федар поговорит с другими хранителями и уточнит судьбу Дайны Вальдер? Зачем зря обнадеживать.

— Изайма…

Голос Рианны выдернул меня из напряженных мыслей.

— Расскажи о себе. Откуда ты? Ведь не из Тангри? Тебя называли другим именем, не тангрийским.

Я вздохнула. Была не была.

Какой смысл теперь скрывать от нее правду. Которую здесь знают все, кроме нее.

— Я не из Тангри, Рианна. Я вообще не из Веравина. Из другого мира под названием Земля. Ты как-то ухитрилась призвать меня ритуалом, который проводила по записям матери. Твою душу вынесло в хейос, а ее место в твоем теле заняла моя. Ты не помнишь отбора потому, что его вместо тебя проходила я."

"Если бы кто-то из режиссеров европейского арт-хауса оказался в этот момент в Веравине, в резиденции Дайниров, рядом с нами… он убился бы головой об стену оттого, что у него нет видеокамеры.

Одно только выражение лица Рианны принесло бы ему пальмовую ветвь в Каннах.

Вопросы посыпались как из рога изобилия. Больше всего Рианну интересовало, как относился ко мне — к ней — Леон, когда я была в ее теле.

— Он сейчас не знает, что общался с тобой, а не со мной? Может, ему вообще нравилась ты. А за мной он ухаживает, думая, что это по-прежнему ты.

В голосе Рианны звучала вселенская скорбь. Я похлопала ее по плечу.

— Он ухаживает за тобой, потому что это ты! Поверь. Я все вижу, и мне есть с чем сравнить. Когда в твоем теле была я, он оказывал знаки внимания формально.

Без души, если понимаешь, о чем я. А сейчас я вижу, что он с тебя сдувает пылинки. Ему нужна именно ты, Ри. Я не слишком-то интересовала его. Так, потроллить ваших аристократов.

— Потроллить?

— Ну да, такое выражение, забей.

— Что забить? Куда?

Я вздохнула. Надо отучаться от земного жаргона, иначе погрязну в лингвистических толкованиях.

Так мы провели несколько часов. А потом в покои ворвался Федар.

— Юлия, вот ты где! Я искал тебя. Пойдем. Обед вот-вот начнется.