И только пепел внутри…

– Я после этого целый год вас доставать не буду. Пожалуйста, мужики! – взмолился Гена, глядя в мои глаза не моргая.

– Ладно, – кивнул я нехотя. – Сейчас оденусь и псу клеенку постелю, чтобы не навалил в квартире.

– А Катюха где? – спросил Гена.

– У бабки. С ночевой.

– Сам Бог велел тебе сегодня накидаться! – разве что не пританцовывал друг. – Собирайся. Мы ждём. Печень дрожит в счастливом предвкушении. Фунтик, ты сегодня за главного.

– Он Мультик, – поправил я Генку и прошёл в комнату, где из шкафа достал белый свитер и обычные синие джинсы.

Новая упаковка носков была открыта с шуршанием упаковки под тихую болтовню мужиков, которые все еще стояли у порога и наглаживали Мульта, готового, кажется умереть в экстазе от подобного количества внимания ему одному.

Оделся, прошёл в прихожую. Бросил взгляд на своё отражение, прочесал ладонью отросшую темную щетину и сразу отбросил мысль о бритье. Ни к чему. Я иду пиво пить, а не в универ на работу.

– Ты что, в осенних туфлях ходишь? – поинтересовался Андрей, глядя на то, как я надевал обувь.

– Да, – отмахнулся я.

 – Хочу купить зимние, но всё никак не получается. Время на покупку выкрасть не могу.

– Тогда мы тебя подстрахуем, – бойко заявил Гена. – Чтобы ты не расшиб башку раньше, чем мы доберемся до бара.

– Вы на своих машинах? – спросил я.

– Нет. На такси. Какая машина? Мы же в сопли будем, – почти мечтательно проговорил Гена. – Так что, на одном такси в бар, на трех такси потом по домам.

– Я могу не пить, – предложил я, надевая пальто.

– Не можешь, – отрезал Андрей. – По бокалу, всё равно, пропустить надо.

– Хорошо, – кивнул согласно.

Взял с комода ключи и телефон. Бегло осмотрел квартиру на предмет выключенных электроприборов и закрыл приоткрытое окно в кухне, где всё так же стояли стулья друг напротив друга. Не стал их убирать. Потом. Насыпал Мульту корма и налил воды. – Идём.

– Погнали! – теперь уже Генка не пытался сдержать танец довольной цыганки, потряхивая плечами в лифте, пока мы ехали вниз.

– Не трясись ты! – пытался усмирить его танец Андрей. – Застрянем нахрен и будем смотреть игру сидя в тесной коробке.

– Не бойся, милый.

Я с тобой, – подкалывал его Генка, прекрасно помня о том, что Андрей боится тесноты и высоты. А в лифте встретились оба его страха. – Если тебе будет страшно, я буду держать тебя за руку. А захочешь пить – я нассу тебе в длань.

– Иди нахрен, долбоёб! – рыкнул Андрей и слабо ткнул нашего общего друга в плечо кулаком.

– Поссыкивает профессор, – ехидно подметил Генка, повернувшись ко мне. – Ученые коконьки сжались до размера икры речной рыбки.

Тихо хохотнул в ответ и качнул головой.