Покровитель

А мне так хочется, чтобы он меня поцеловал, и я сама разворачиваюсь, ища его губы, прикасаюсь к ним, кусаю, пьянея от их вкуса, но Виталий не отвечает, отбирает у меня себя и отстраняется. Быстро расстегивает ремень, ширинку, спускает штаны, выпуская большой налитый член. Он хватает меня за бедра, тянет на край и резко входит, до самого конца, настолько мощно, что я запрокидываю голову и бьюсь затылком об кафель.

Виталий не щадит меня, даёт то, что я просила. Не позволяет привыкнуть к своему размеру, начинает двигаться, набирая темп с каждой секундой. Я подаюсь к нему, утыкаясь в сильную шею, кусаю за плечо, чтобы не кричать, а глухо стонать, задыхаясь от бешеного темпа. Это больно, но я хочу этой боли, мне ее даже мало… Я хочу больше, сильнее, мощнее. Мне мало этого мужчины, я хочу еще. И поэтому я бесстыдно оплетаю его торс ногами, и сама поддаюсь грубым сокрушительным толчкам, то кусая его кожу, то слизывая с нее капельки пота.

Мышцы лона судорожно сжимаются, вибрируя, и тут же безжалостно растягиваются его членом. Сердце барабанит где-то в висках, тело горит и мир уплывает. Большая грудь прыгает от сильных толчков, соски трутся об грудь Виталия, и я закатываю глаза от дикого нереального удовольствия.

Наш космос где-то рядом, я уже почти в нем, на грани экстаза, но мне чего-то не хватает. Какой-то капли, чтобы сорваться в бездну. И я скулю от этого почти плача.

— Давай, милая, кончай со мной! — хрипло задыхаясь говорит он. — Сейчас! — и тут я поняла, чего мне не хватало — его приказа, грубого голоса, и хриплого стона в унисон со мной. Его разрешения получить удовольствие! Тело выгибается само собой, меня трясет в судорогах от самого умопомрачительного оргазма.

А потом мы замираем на минуты, я тяжело дышу ему в шею, уже нежно целуя. А он продолжает стискивать мои бедра и водить носом по волосам. В этот момент Виталий кажется мне таким близким, словно у нас все по-настоящему. Меня распирает от желания, обвить его шею, нежно зацеловать лицо, изучить каждый шрам на его теле. Хочется забраться с ним в душ и намыливать сильное тело, постоянно рассказывая, как много он для меня значит.

Виталий обхватывает мои скулы, поднимает голову и смотрит в глаза, которые я закрываю. Не хочу, чтобы он все это видел в моих глазах. Не хочу делиться с ним этими чувствами. Это то, что я должна пережить внутри себя."

"— Открой глаза, — его голос по-прежнему хриплый, но уже холодный. Мотаю головой, не желая в этот раз подчиняться. Мне страшно от того, что все может закончиться в ту минуту, как только Виталий поймет, что творится внутри меня. — Елена! Немедленно посмотри на меня! — теперь он требует, сильнее сжимая скулы, еще находясь внутри меня. Глубоко вдыхаю, распахивая веки, стараясь отстраниться и смотреть сквозь Виталия.