Только не плачь

Почему они этого не замечают? Почему продолжают слепо верить?

Артур обнял его в ответ, похлопал по крепкой спине

— А ты все кабанеешь, Мелкий? Мышцами смотрю весь оброс.

— Надо соответствовать, а то вы так и будете меня всю жизнь мелким называть, — проворчал Кир.

— Будем.

Артур и не догадывался, как плющило младшего брата от этого прозвища. Зато я прекрасно знала, насколько сильно мужа бесило то, что его до сих пор считали чуть ли не младенцем.

— Как жизнь? Как Европа? Увлекла своим пьянством и развратом?

— Не то чтобы очень, — Артур пожал плечами.

В мою сторону он принципиально не смотрел.

Будто не было меня. Пустое место. Невидимка. Невыразительный элемент интерьера.

У меня душа в узел скручивалась. Я так наделялась, что увижу в его глазах хотя бы отблеск прежних чувств. Хоть немного больше тепла, чем перед отъездом. Но увы. По мне Барханов-старший точно не соскучился. Я так и осталась для него никем.

— Неужели не оприходовал целую вереницу француженок, англичанок и немок? Да ни в жизнь не поверю.

— Тебе завидно что ли? — хмыкнул Демид, — неужели женушка не удовлетворяет запросам?

Первый выпад в мою сторону.

И это только начало!

— Женушка у меня лучшая, — Кирилл ободряюще обнял меня одной рукой за плечи, а вторую по-хозяйски положил на живот. Ребенок внутри тут же дернулся, пнул в руку, будто пытаясь ее с нас скинуть. — просто кто-то умеет быть счастливым с одной женщиной, а кому-то целыми пачками новые нужны.

Вроде защитил меня, а на деле ударил еще больнее. Знает, что ревную его брата даже к столбу, и специально про других говорит.

— И когда это ты таким правильным стал? — невесело усмехнулся Артур.

— Вот как Веронику свою встретил, так и стал, — легкий поцелуй в висок.

Наверное, надо отстраниться, а я не могу. Потому что именно в этот момент Артур, наконец, смотрит на меня. Глаза в глаза, не скрываясь, обжигая тем холодом, что клубиться внутри.

Ни черта он не забыл. Ни черта ему не плевать!

И я не знаю радоваться или нет тому, что чувства еще остались.

Он медленно скользит взглядом по моему лицу спускается ниже, задерживаясь на декольте, которое из-за беременности стало пышнее, потом еще ниже. Смотрит на живот не отрываясь. Челюсти плотно стиснуты. На скулах играют желваки.

Мне тошно. Зато Кириллу хорошо. Я не вижу, но чувствую, как он расплывается в довольной усмешке, считывая с нас каждую эмоцию.

Вампир получил подзарядку. Вампир счастлив."

"— Как ребенок? — сдержано поинтересовался Артур, нова возвращаясь взглядом к моему лицу, — все в порядке?

— Да, — тихо шепчу я, утопая в своих чувствах, разрываясь от внезапной тоски.

Зачем он вернулся? Ведь я только перестала просыпаться по ночам в слезах, только нашла новые ориентиры, нашла причины жить дальше, идти вперед.