Только не плачь

Или еще кого. В Европе-то знаешь, сколько невест? Одна краше другой, с образованиями, мозгами и стоячей грудью.

Мерзавец.

— Мне плевать.

— А мне кажется, что нет, — схватил меня за плечи и настойчиво развернул к зеркалу, — смотри, какая стала. Прям не узнать. Щеки покраснели, глаза заблестели. Ожила.

Ожила? Да у меня снова такое чувство, будто с меня шкуру пытаются снять и выпотрошить заживо!

Я сбросила с себя его руки и отошла.

— Кирилл, я не хочу ехать. Может, все-таки без меня? Соберетесь втроем, порадуетесь друг за друга, вспомните старые добрые времена.

— Это не обсуждается, — голос полоснул лютым холодом.

Тот случай, когда спорить бесполезно, — собирайся. К семи едем к Демиду.

— Кирилл!

— Все! — резко отрубил он и ушел к себе, а буквально через пару минут я услышала, как он с кем-то болтает по телефону. Обсуждает какие-то планы, предстоящую встречу, материалы для работы.

Хоть я его и ненавидела всей душой, но не могла не признать, что гад этот чертовски умный и целеустремленный. У него постоянно были какие-то проекты помимо основной работы, созвоны, дедлайны и еще не пойми что. Я не испытывала особого желания вникать в его дела.

Занималась тем, что важно для меня самой. А именно ребенком.

Беременность проходила совсем не так радужно, как бы мне хотелось. В три месяца я попала на сохранение и провела две недели в больнице. После этого Кирилл отправил меня на месяц в санаторий.

Помню, мама восторженно вздыхала, умиляясь тому, какой у меня заботливый и щедрый муж, и ей было совершенно невдомек, что я ему чертовски надоела и он просто хотел спровадить меня подальше. По той же причине он сам постоянно срывался в командировки. То на пару дней, то на неделю и больше.

В полгода я опять загремела в больницу и провела там еще больше времени, в тайне радуясь тому, что не надо возвращаться каждый день в опостылевший дом.

В общем трудностей было хоть отбавляй, особенно если учитывать какой упырь жил у меня под боком, но и плюсы были. Из-за здоровья мне категорически запретили вести половую жизнь, и Кир больше не делал попыток ко мне прикоснуться. Мне кажется, он даже своеобразно берег меня, опасаясь, что потеряю ребенка, и тогда у него не будет козыря в игре против Артура. Нечем будет хвастаться.

И вот Артур вернулся, и я с ужасом думала о том, что меня ждет этим вечером.

* * *Всю дорогу я молча смотрела в окно, сжимая кулаки, пытаясь справиться с нарастающей дрожью. В голове стучало одно только имя.

Артур. Артур. Артур.

Полгода его не видела, а будто целая жизнь прошла. Как он? Изменился? Еще больше возмужал? Стал еще лучше, привлекательнее? Нашел себе невесту?

От одной мысли об этом больно, и ребенок в животе начинал выделывать кренделя."

"Какие могут быть претензии с моей стороны? Никаких.