Извращенная гордость

Я медленно поднялась со стула, не обращая внимания на пристальный взгляд мужчины рядом со мной."

"Сэмюэль опустил нож на живот Адамо и оставил длинный порез. Адамо закричал и ударил свободной рукой, но Сэмюэль схватил его и вывернул руку, сломав ее. Я сделала шаг назад, прикрывая рот рукой. Я никогда не видела Сэмюэля таким. Я знала, кто он, кто они все. Это было неправильно. Я должна была как-то остановить их.

— Смотри, Римо, твой брат истечет кровью вместо тебя. Мы разорвем его на куски за то, что ты сделал с моей сестрой. Он будет страдать за тебя, — прорычал Сэмюэль.

В этот момент от моего близнеца почти ничего не осталось. Член мафии, чудовище. То, что я никогда не видела его чудовищной стороны, не означало, что Сэмюэль был меньшим монстром, чем любой другой человек в нашем мире.

Папа оттолкнулся от стены, схватил Адамо за свободную руку и отдернул ее с тошнотворным хрустом. У него было такое выражение лица, которого я никогда не видела. Из динамиков донеслись крики Адамо, и я побежала.

Адамо этого не заслужил. И своими действиями они сделают все еще хуже, потому что Римо будет искать возмездия. Он будет яростно нападать, калечить и убивать, ничего не оставит после себя, и каким бы ни был исход, я потеряю того, кто мне дорог. Либо члена моей семьи, либо отца моих детей.

Я последовала за криками к последней двери и ворвалась в нее, затем замерла, когда запах горящей плоти заполнил мой нос. Адамо кричал, а Данило прижимал зажигалку к предплечью, выжигая татуировку Каморры.

— Хватит! — воскликнула я. Я рванула вперед и оттолкнула его прежде, чем они успели схватить меня. Глаза Данило вспыхнули яростью, и все мужчины уставились на меня. — Хватит! — закричала я. — Хватит!

Адамо застонал, и я повернулась к нему, опустившись перед ним на колени. Только небольшая часть его татуировки сгорела, а кожа покрылась волдырями и покраснела. Я коснулась его плеча и он вздрогнул.

— Адамо, — прошептала я.

Он приподнял голову на несколько дюймов, и наши слезящиеся глаза встретились. Слабая улыбка тронула его губы.

— Серафина.

Как он мог говорить дружелюбно после того, что с ним сделали, было для меня загадкой. На меня упала тень, и я подняла глаза. Сэмюэль.

— Фина, ты должна уйти. Он получает то, что заслуживает.

— Он мальчик, — сказала я. — И он всегда относился ко мне по-доброму.

— Он Фальконе, — сказал Данило, шагнув вперед с зажигалкой в руке. Его взгляд был жестким и безжалостным. — Тебя наказали за то, что сделали солдаты Наряда. Адамо заплатит за то, что сделал его брат.

— Я страдала за твои грехи, — плюнула я на них. — И он страдает из-за Римо. Мне это надоело. На этом все. Адамо больше не будет страдать от боли ваших рук.

— Это не твое дело, — твердо сказал Данте.