Извращенная гордость

Фабиано кивнул.

— Несколько минут назад звонил организатор гонки в Канзасе. Была атака на гонку. Думаю, он позвонил мне, потому что думал, что это помешает тебе убить его.

Неудача. Я разберусь с ним, как только закончу с нарядом.

— Как давно они напали?

— Около часа назад. Там хаос. Но гонка продолжается с оставшимися автомобилями.

— Почему они не предупредили нас раньше?

— Сначала они не знали, что происходит. Когда они поняли, что это Наряд, они попытались сначала отвлечь другие гоночные автомобили, чтобы они могли продолжать гонку.

Киара пошевелилась.

— Что случилось?

Я вытащил нож, дрожа, разъярённый тем, что Данте снова напал. Нино встал и поднял Киару на ноги.

— Иди в нашу спальню.

Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, затем быстро кивнула и поспешила прочь.

Зазвонил телефон. Я поднял его и поднес к уху.

— Римо, — сказал кто-то. Голос показался мне отдаленно знакомым, но я не мог вспомнить, откуда он. Судя по фоновому шуму, он летел на вертолете или маленьком самолете. — Это Данило Манчини. Я звоню, чтобы сказать, что у нас есть твой брат, и мы будем наслаждаться его криками, как ты наслаждалась криками Серафины. Скажи Нино, чтобы установил связь с даркнетом, чтобы ты мог посмотреть, как мы его разорвем. Я с удовольствием порежу его на мелкие кусочки.

Он повесил трубку.

Моему мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы обработать информацию.

— Позвони в Сахарницу и спроси, там ли Адамо, — приказал я.

Фабиано нахмурился, но послушался.

— Адамо там? — спросил он без приветствия. — Тогда спроси ее.

— Римо, что происходит? — осторожно спросил Нино.

Мой телефон запищал входящим сообщением с подробными инструкциями по подключению.

Я протянул его Нино, который, нахмурившись, взял его у меня. Его рот сжался, когда он прочитал сообщение.

— Его там нет. Очевидно, он ушел прошлой ночью. Кейджей сказала, что он попросил ее притвориться, что она с ним, потому что он хочет присоединиться к гонке.

Я кивнул, стараясь не обращать внимания на то, как сжимается моя грудь.

Савио ничего не сказал, только уставился на меня. Фабиано налил себе выпить и залпом выпил.

Наконец Нино оторвался от телефона.

— Мы не успеем его спасти.

— От него не останется ничего, что можно было бы спасти, когда они закончат с ним, — выпалил я, ярость и более слабое чувство горели в моих венах. Почему этот ребёнок не мог хоть раз послушаться. Черт.

— Позвони Григорию. Скажи ему, что он получит Канзас, если нападет на Наряд.

Нино кивнул и прижал трубку к уху, расхаживая взад и вперед по комнате.

Савио провел рукой по волосам.

— Блять. Мы должны что-то сделать.

Из слов, которые я уловил, Григорий не собирался вмешиваться. Я швырнул нож в грушу.

— Блять!

Я зарычал прежде, чем Нино успел произнести хоть слово.