Мы мирные люди

Здесь было много английских и испанских книг: Наталья Владимировна считалась знатоком Испании и Латинской Америки, отец и сын хорошо владели английским языком. И все семейство было замечательно дружным.

— Папа! Хорошо, что ты приехал! Понимаешь ли...

— Поздоровайся, Валерик, с Модестом Николаевичем, — перебил сына Павлов.

— Ах да! Простите... Здравствуйте!

— Абсолютная копия отца! — сказал Байкалов, разглядывая задорное лицо Валерика и пожимая ему руку.

— Вот теперь рассказывай, что тебя взволновало.

— Вот — «Советский спорт»... Посмотри, какую чепуху они пишут! Все знают, что тбилисцы всегда выдыхаются на втором круге! Армейцы им воткнули, это факт!

— Покажи-ка, — заинтересованно сказал Павлов и взял из рук сына газету.

— Интересно! На каком основании ты это утверждаешь?

— На основании собственных убеждений.

— Во-первых, Пайчадзе страшно грубил, и штрафик им вкатили правильно!

— Гм...

— Что значит твое «гм»?

— То, что решающий гол Федотов забил с офсайта.

— Папа! Что ты сказал?!

— С офсайта. Латышев проморгал.

— Латышев проморгал?! Слышали вы что-нибудь подобное? Модест Николаевич, скажите же вы ему, что тбилисское «Динамо» всегда срывается на финише. Это их органический недостаток!

— Не горячись. Теперь ты понимаешь, Байкалов, к чему приводят личные симпатии? Валерий в диком восторге от Федотова и Боброва и поэтому потерял способность объективного подхода.

— Это для тебя выше «Динамо» ничего нет. А Костя Рогозин и вообще все наши считают, что единственная команда экстра-класса — армейцы!

— Товарищи! Товарищи! — взывал Байкалов. — Выслушайте беспристрастное мнение: обе команды играли превосходно.

— Вы были на матче? — спросил Валерик Байкалова.

— Не был. И вообще ничего не понимаю в футболе.

— Как?! Вы не любите футбола?!

Неизвестно еще, как бы расплатился Байкалов за такое позорное признание, но его выручил звонок.

— Мама! — вскричал Валерик. — И, как всегда, забыла собственный ключ! — И побежал в прихожую."

"Наталья Владимировна, уже знавшая о приезде Байкалова, вошла до отказа нагруженная пакетами. Вскоре все сели обедать.

Обеденный час в этом семействе был часом споров, обсуждений.

Павлов-младший терпеливо выжидал, не зайдет ли разговор о науке и технике, где и он может вставить свое слово.

Но они все ругали Америку, хотя всем и без того давно известно, что там живут поджигатели и, значит, нечего ждать от них хорошего.

— Вы знаете, стыдно становится за людей. В то время как наука нашла столько способов повышения урожайности, в то время как мы обрабатываем всего лишь одну десятую часть всех пригодных земель...