Я не Монте-Кристо

Она протянула Ирине сумку, и та благодарно всхлипнула.

— Спасибо тебе, девочка, я и не верила, что деньги найдутся.

— Пересчитайте их, — сухо сказала женщина из угла.

— Мама! — с укоризной посмотрел Александр.

— Этот воришка мог рассовать пачки по карманам. Ты ведь не пересчитывала их, милая?

— А? Что? — удивленно вскинула голову Саломия, а потом сообразила: — Да нет, зачем мне считать? Я увидела, что там есть паспорт, если бы телефон был запаролирован и я не смогла позвонить, просто принесла бы деньги по адресу...

И умолкла на полуслове, потому что в гостиную вошел Никита.

Он сразу узнал Саломию, она поняла это по расширившимся зрачкам, но ничего не сказал родителям, молча подошел и обнял мать — похоже, здесь он был единствнный, кто ее пожалел. А потом все так же молча уставились на Саломию.

— Я, наверное, пойду, — пробормотала она, разворачиваясь к двери, — до свидания.

Безмолвная тишина послужила ответом, семейство Елагиных продолжало выжидательно на нее смотреть, но перед самой дверью выдержка изменила Саломии, она развернулась и проговорила почти с мольбой:

— Извините, но не могли бы вы одолжить мне тысячу… нет, полторы тысячи долларов? Я обязательно верну, я просто завтра должна их отдать, иначе у меня будут проблемы, а мне совсем негде взять.

Еще мне нужна работа, я могу…

— Почему ты вернула деньги, если они тебе так нужны? — довольно резко спросила старуха. Саломия так и захлопала глазами. Конечно, она никогда не признается, что собиралась сама утянуть эту несчастную тысячу, пока не увидела на экране Никиту.

— Это же ваши деньги, — опустила она глаза, при этом заметив, как странно переглянулись между собой все старшие Елагины.

— Думаю, мы решим вопрос с работой для тебя, — кивнул Александр, доставая из пачки купюры, он их не пересчитал, но там было явно больше, чем полторы тысячи. — Мы позвоним тебе, Саломея, а пока тебя отвезет Никита."

"— Саломия, — машинально поправила, а сердце сначала подпрыгнуло, а потом обвалилось вниз. Никита отвезет ее на машине, а она мечтала только лишь посмотреть на него.

Никита ничего не сказал, просто направился к двери, давая понять Саломии, что ей следует поторопиться.

Она схватила доллары, торопливо попрощалась и шмыгнула вслед за младшим Елагиным, пытаясь сообразить, что такое сказать, чтобы произвести на него впечатление. Или будет лучше предстать перед ним эдакой молчаливой загадочной незнакомкой?

Вряд ли после того, как ревела в три ручья и шмыгала носом перед всей их компанией, ей удастся это провернуть. Саломия так задумалась, что Никите пришлось дважды ее окликнуть.

— Ты оглохла, что ли, Соломия?

— Саломия.