Только она

Но с приходом Ады, я понимаю, что многое пропустил и прошу вас собираться за завтраком вместе с нами, за исключением своих выходных. Хотя и тогда можете приходить.

— Спасибо, дядь Саш. Я, наверное, не правильно поступила, нужно было спросить разрешения. — только сейчас до меня дошло, что жена и падчерица Шторминского не любят персонал этого дома, а я их нос к носу с ними посадила.

— Перестань, правильно сделала.

— Давайте есть, блинчики остывают, — вмешался Даня и, подхватив штук пять, скинул мне их на тарелку, смачно поливая малиновым сиропом.

— Я столько не съем.

— Ешь.

А то твои кости на мне синяки оставляют. — высказался Даниил, а я так и застыла с открытым ртом, глядя на парня.

— Сын! — гаркнул Шторминский — старший. — Ты что говоришь?

— Что? Она меня своими локтями пинает, а они знаешь какие острые. А еще смотрю на нее, и хочется в карманы мелочи ей напихать.

— Зачем это? — спросил Егор недоуменно, жуя сочные сырники.

— А вдруг ветер по сильнее подует и ее сдует, там от силы килограмм десять в ней.

— Даниил! — возмутились мы с Галиной, а дядя Саша с сыном и водителем рассмеялись.

Завязался разговор за столом, однако, в нем не участвовала ни я, ни рядом сидящий бывший сводный брат.

Я дулась и набивала блинчики за щеки, словно хомяк, Даня же, посматривал на меня и улыбался.

— Все равно все твои десять килограмм самые красивые на свете. — тихо прошептал он мне на ухо, почти касаясь губами мочки уха.

— Ты не выносим, — буркнула я и засунула еще один блин в рот.

Глава 24

Даниил

Мне все время казалось, что стоит проявить хоть немного эмоций, которые меня сейчас одолевают, и я выпрыгну из штанов от счастья. Адель была рядом. Я мог ее касаться… ну, почти.

Она на меня обиделась и каждый раз стоило к ней приблизиться, огрызалась и надувала губы, отчего у меня сводило скулы от… от неприличных мыслей.

Ну, хоть разговаривать я с ней все же мог. Пусть, в основном говорил я, но видел, как она меня внимательно слушает. Моя девочка.

— Это третий магазин, ну, сколько можно? — пробухтела кроха, выходя из модного бутика.

— Не ной, еще зайдем в один.

Я искал ей платье, какое только, сам не знал. Ей подходило все. И все казалось слишком открытым, или слишком обтягивающим, или слишком коротким, или через чур прозрачным.

Даже чехлы от платьев мне не нравились. Единственное, что я смог одобрить, это черные туфли на высоком каблуке и то, только потому, что Ада заартачилась и сказала, что либо берем эту пару, либо она никуда не идет.

Платье все же было выбрано в шестом по счету бутике, и, скрипя зубами, я одобрил наряд. Опять же, кроха возмутилась, да и время поджимало, уже перевалило за пять вечера, а у меня еще одна встреча назначена на сегодня."

"— Ух, наконец-то! — выдохнула мелкая, садясь в машину. — Кушать хочу.