Наследница (СИ)

И остался в здравом уме. Может, он ходил по дому с закрытыми глазами?

Вскоре Ясмин заметила на руке одной из горничных Триллиум, оплетённый вокруг запястья на манер браслета. Она слышала о нем, но никогда не видела раньше. Триллиум использовался, как маршрутизатор, прокладывая пути, запоминая и воспроизводя их по первому требованию. Зато стало ясно, почему прислужницы так ловко ориентируются в доме.

Минут через десять блужданий, Ясмин стало страшно. Она поняла, зачем Примул создал дом таким. Сложный декор, повторяющийся из залы в залу, заставлял терять концентрацию.

Глаз обманывал аналитические рецепторы. Сколько зал ты прошёл? Ты уверен, что эта зала не та, что была несколько минут назад за очередным повтором?

Вполне возможно, что они ходят кругами, но на лицах прислужниц не прочесть ни слова. В их глазах, опущенных на маршрутизатор, стояла темнота.

Наконец, они остановились у одного из зеркал и после нескольких манипуляций, то отворилось, оказавшись дверью. Входом в неожиданно простой внутренний дворик, где росла клочковатая тощая омела и лежал пруд с декоративными рыбками.

— Уже скоро, — обронила первая из прислужниц, и указала рукой вдоль ряда длинных скамей. — Если госпожа пройдёт через двор, то увидит покои госпожи Канны. Мы не смеем пройти далее.

Прислужница склонила голову, но взгляд ее не вязался с раболепной позой. Слишком наглый для прислуги.

— Благодарю, — почти искренне сказала Ясмин и вручила прислужнице фирменную белую горошину. — Держи.

Та автоматически взяла, потом опомнилась и протянула обратно:

— Нет-нет, госпожа, нам запрещено брать подарки!

Ты, однако, взяла, подумала Ясмин и ласково улыбнулась.

— Увы, этот подарок очень сложно забрать обратно, но, скажем, лепестков через сто, я его заберу. Только не отлучайтесь далеко, подарок не любит находится вдали от меня и может плохо отреагировать.

— Что? — тёмные глаза прислужницы распахнулись в ужасе. — Но я не могу остаться, я обязана следовать приказу господина и предоставить отчет после вашего прихода в комнату госпожи Канны. За нарушение приказа следует увольнение.

— Значит, ты уволишься, — спокойно заметила Ясмин. — Зато будешь живая и здоровая.

Сядь на скамью и не тряси моим белым цветком, не дай бог, взорвется. И дай-ка мне свой Триллиум для надежности. Подарками надо обмениваться, не так ли?

Наглость в прислужнице выключилась, словно в ней повернули невидимый глазу тумблер, и перед Ясмин стояла насмерть перепуганная девчонка. Протянула к ней дрожащими руками маршрутизатор и тяжело осела на скамью.

— А ты иди, — равнодушно сказала Ясмин второй девочке, смотревшей на них нечитаемым взглядом, и прошла в покои.