Ночные шорохи

В своем красном платье-саронге с высоким воротником-стойкой и высоко подобранными темными волосами она походила на прекрасный экзотический цветок из неведомой страны.

— А что бы выбрали вы? — осведомилась Слоан у седовласой женщины.

— Бухгалтерию и налоговое законодательство, — не задумываясь, бросила она. — Уж поверьте, я сделала бы блестящую карьеру.

— К сожалению, у Слоан нет способностей к математике, — вздохнул Пол, ободряюще гладя руку девушки.

— Как насчет спорта? — вмешался Картер. — Играешь в гольф?

— Нет.

— Теннис?

Слоан играла в теннис, но куда ей до сестры и отца!

— Немного. Не слишком хорошо.

— А вы. Пол?

— Так себе.

— Встретимся завтра на корте в девять. Даю слово, мы с Парис в два счета доведем ваш стиль до совершенства! А пока вы здесь, можно брать и уроки гольфа. Тут Парис просто нет равных! Дорогая, не отвезешь Слоан в гольф-клуб завтра днем?

Присмотришь за ней, покажешь, что и как?

— Конечно, — не задумываясь, ответила Парис, послав сестре вежливую улыбку.

— Мне не слишком нравится гольф, — начала было Слоан.

— Это потому, что ты никогда не пробовала им заняться всерьез, — немедленно возразил отец. — А хобби? Что ты делаешь в свободное время?

Этот допрос понемногу стал раздражать Слоан.

— Я… э-э-э… читаю.

— Что же именно? — с некоторым разочарованием поинтересовался он.

— Журналы, — с удовольствием сообщила она, чтобы усилить неблагоприятное впечатление. — Обожаю «Дом и сад». А вы, Парис?

Сестра испуганно встрепенулась.

— Что? Да, я тоже.

Лжет. Явно лжет. Но почему? Странно все это… А впрочем, не все ли равно?

— А как насчет других интересов? Нет, это просто невыносимо! Слишком долго продолжается допрос. Кроме того, она в самом деле проголодалась.

Слоан отломила кусочек булки.

— Вы о чем?

— Скажем, о текущих событиях.

Опустив веки, чтобы скрыть пляшущие в глазах бесовские огоньки, Слоан старательно намазывала маслом булочку.

— О, текущие события — моя страсть. Я каждый день смотрю по кабельному развлекательный канал, только чтобы узнать, у кого с кем связь… или роман."

"Она с беспомощным смущением похлопала ресницами и успела поймать выражение пренебрежительного, чуть брезгливого сожаления, промелькнувшего на лице Ноя Мейтленда. Кажется, он раз и навсегда поставил на ней крест как на безнадежной идиотке. Почему же так защемило сердце: ведь своего она добилась!

Очевидно, отец решил, что достаточно натерпелся позора, и, сжалившись над гостьей, спросил:

— Каковы, по-вашему, перспективы рынка'. Говоря о рынке, Сара обычно имела в виду показы новой продукции в дизайнсрских центрах Далласа и Нью-Йорка, проходившие два раза в год.