Двое среди руин

Где-то очень далеко мелькали неясные тени, и тогда наш пес поднимал лобастую башку и устремлял туда немигающий взгляд… Ната потерла ладошки, согревая их своим дыханием:

— Куда сегодня?

Она хотела спросить, в какую сторону я намерен идти.

— Не знаю. Видишь вон ту узкую синюю полоску вдалеке?

— Да.

— Это — гряда холмов, подобных тому, на котором мы стоим. Только они намного выше, по-моему. Мне кажется, за ними находятся те самые скалы, которые стоят стеной в степи. Хотелось бы твердо знать — не подошли ли они вплотную к самой реке? Вот маршрут для поиска. Если возьмем вправо — выйдем, как раз опять к берегу.

Можем уйти прямо на холмы, и к скалам, но там мы опять упремся в овраг, за которым, как помнишь, могут оказаться кошки или собаки.

— Пошли, как шли до сих пор. То есть — до холмов. По прерии.

— Прерии? — Я улыбнулся. Определение, данное Натой для высокой травы, подходило степям как нельзя лучше.

— Фенимора Купера начиталась?

— Да. А еще — Майн Рид, Сат-Ок, Лизелотта Вельскопф-Генрих, Сальгари, Джек Лондон, Карл Май! Продолжать?

Я присвистнул — неплохо! Ната чуть заметно улыбнулась — ей удалось меня поразить…

— На том берегу я схватился со своим первым врагом — матерью нашего Угара.

И твои, давно изношенные мокасины — если уж мы решили придерживаться индейских названий! — между прочим, были сшиты из нее.

— Спасибо. Мне они очень понравились. Тепло… — Ната тряхнула головой, и ее темные волосы легли волной на пышный мех Крола — я все-таки убедил ее отдать его на изготовление капюшона.

— Да. Где-то, на той стороне это и произошло. Но тогда все сливалось, видимость гораздо хуже, все скрыто словно в сумраке. Да и сейчас не так далеко видно.

Все покрыто травой. Сказать честно — мне это не очень нравится…

— Почему? Разве плохо — земля вновь наполняется жизнью!

— Не плохо… Странно только все это. В городе — до сих пор зима. Здесь и возле болота — настоящая весна. Видишь, как все тянется из земли? Понять бы, почему так? И, опасно… В такой траве может спрятаться любой хищник. Мы пройдем совсем рядом и даже не увидим его.

— А Угар на что? Он почует любого зверя раньше, чем ты его заметишь!

Я неопределенно пожал плечами — не следовало практически во всем полагаться на одного, пусть и такого сообразительного пса.

Она наклонилась к нему и потрепала Угара по холке.

— Ну что, Угарушка? Есть тут звери?

Пес мотнул башкой и с шумом втянул ноздрями воздух.

— Все-таки, трудно привыкнуть… — Ната вопросительно посмотрела на меня, а я продолжил: — Он такой большой, сильный… Вроде — пес, а вроде — и не пес.

— Все понимает?

— Ну…

— Не думай об этом, — Ната поправила на себе мешок и посмотрела вниз. — Давай спускаться. Если мы будем стоять здесь все время, то никуда не попадем.