Двое среди руин

А ведь ты хотел поохотиться, помнишь?

— Помню. Только на кого? Я ничего не вижу среди этих зарослей…."

"Мы прошли почти половину светового дня и устроились на привал. Степь все сильнее поражала буйством первобытных красок: повсюду рос огромный кустарник, на котором висели непонятные бутончики-почки, обещавшие в дальнейшем вырасти в плоды или цветки. Под ногами в изобилии попадались моховые прогалинки, которые так удивили нас в начале пути, а чем глубже мы уходили в степь, тем чаще они устилали черную и местами даже ярко-коричневую землю. Мы старательно обходили эти участки стороной — неизвестно, что это могло быть… Росшая отдельными пучками трава при ближайшем наблюдении оказывалась разных, совершенно не похожих друг на друга видов, встречались растения, совершенно не знакомые нам по прошлому, невиданных расцветок и форм.

И это только начало… По всем прикидкам, за буйством зелени следовало ожидать и появления множества животных, им питающегося. А холодный ветер сменился такой жарой, что я кожей ощущал пришествие лета! Правда, настоящей зелени, как и у болота и в желтых песках, встречалось мало — краски природы изобиловали более мрачными оттенками. Хотя и они нравились нам куда больше, чем вконец осточертевший городской полуснег-полупепел, имеющий лишь один оттенок — цвет сажи. Возможно, слишком рано мы ждали от этой климатической зоны настоящего цветения. Но критерии прошлого больше не действовали. Я сильно подозревал, что невиданное изобилие растительности еще только предстоит с приходом настоящего тепла. Собственно, сами времена года тоже оказывались под вопросом — а будет ли теперь их смена? И что, если это непонятное межсезонье, меняющееся от лютой стужи до духоты, теперь и останется таковым навсегда?

Приглушенное рычание Угара и его недвусмысленно вздыбленная шерсть заставила нас оторваться от разговора, а в следующее мгновение мы оба вскочили на ноги.

Пес, оскалив пасть, устремил свой взгляд на заросли кустарника, неподалеку от нас.

— Там кто-то…

Я зажал Нате рот ладонью и, стараясь не делать резких движений, потянулся к копью. Девушка сразу поняла, что нужно делать — уступив мне дорогу, наклонилась, поднимая с земли свое оружие. Угар продолжал рычать, впрочем, не производя большого шума.

— Тихо. Я все слышу. Тихо, Угар.

Где-то впереди, буквально в нескольких десятках метров, раздавался неясный шум. Словно кто-то большой и неуклюжий ломился сквозь эти ветви и сучья к определенной цели, нисколько не заботясь о том, что может привлечь к себе внимание. Ната, за спиной, еле слышно произнесла:

— Это не хищник… Он бы уже напал.

— Ты думаешь?

— Да. Там вода, помнишь? Мы переходили через ручей…

Я кивнул. Ната шепотом продолжила:

— Это кто-то пришел на водопой.