Случайное наследство леди попаданки

Такой звонкий и даже визгливый, что я не сразу сообразила, что его издал дье Кналиб. Выглянув из-за спин подручных самозванца, я увидела Еттера, который, как и сам артефакт, теперь был охвачен золотистым светом.

Дье Кналиб стоял на коленях. Его лицо искажал дикий ужас, как будто он видел перед собой что-то до одури пугающее. Какое-то время Еттер мычал, стиснув зубы, а потом заорал. Заорал так громко и страшно, словно с него живьем сдирали кожу. Он корчился в пентаграмме, не замечая, что ногами стирает руны, дающие защиту, однако артефакт из рук не выпускал."

"– Он его сжигает! – произнес Шон.

И верно… Золотистый свет, окутавший фигуру самозванца, явно причинял ему страдания, кое-где на коже дье Кналиба вспыхивали и тут же гасли лиловые язычки пламени. Причем одежду они не поджигали. Запахло палеными волосами и горелым мясом.

Наемники, которых нанял Еттер, отступили от пентаграммы подальше, баронесса пришла в себя, и теперь с ужасом смотрела за мучениями своего сообщника. Дье Кналиб уже не орал, только хрипел, сорвав голос. Вскоре и этот звук оборвался.

Из обожженных ладоней самозванца на дорогу выпал артефакт.

Замолчали все. Даже птицы и звери в лесу, кажется, затихли, слышно было, лишь как ветер шевелит ветви деревьев.

– Ну что ж, дамочка, – прочистив горло, обратился к Хилинде один из охранников дье Кналиба, – вы хотели загадать желание, используя артефакт. Пожалуйста!

– Можете даже тем же колдовским кругом воспользоваться, – махнув рукой на пентаграмму, разрешил другой охранник. – Тело вашего любовника мы так и быть вынесем.

Наемники заржали. Тот, что говорил первым, поднял баронессу на ноги и поволок к пентаграмме.

– Что? Нет! Отпусти меня! – завизжала Хилинда.

– Приготовься бежать в поместье по моей команде, – напряженным голосом тихо сказал Шон и положил ладонь мне на спину. – Это заклинание облегчение веса, чтобы двигаться быстрее.

Чары холодной изморозью разошлись по всему телу, я прикрыла глаза, привыкая к новым ощущениям. Чувство было такое, словно едешь вниз на скоростном лифте.

– Руки убрал, болван неотесанный, – продолжала орать и брыкаться баронесса.

Охранники громогласно смеялись над Хилиндой, но я не злорадствовала. Если бандиты после смерти нанимателя так быстро перешли к издевательствам над его сообщницей, то на очереди мы с Шоном.

Отвлекая меня от неприятных мыслей, громко крикнула какая-то птица. И все вокруг одномоментно ускорилось.

Охранник, держащий баронессу, отпустил ее и резко обернулся к лесу.

Из-за ближайшего дерева вылетело какое-то мощное заклинание, накрыв сразу всех, кто стоял возле пентаграммы.

– Бегом! – выкрикнул Шон.

Я рванула в сторону поместья, задрав юбку и не щадя изящные туфельки. Дье Омри не отставал.