Развод. Вспомни, как мы любили

Зачатый в случайности, на адреналине и в ревности.

Не удивлюсь, если будет мальчик.

Я в шоке.

И ведь не скажешь, что со мной и Виктором не должно было такого случится.

Как раз наоборот. Это в духе нашей пары, пусть мы всеми силами пытались доказать миру, что мы очень чинные, планирующие и основательные мужчина и женщина.

Переворачиваюсь на бок.

Мое “да!” в кафе было совсем необдуманным, но честным. Что я могу с собой поделать, если я хочу видеть по утрам Виктора с сонным и с орущим дитем на руках. Хочу слышать его колыбельные, которые растягиваются на его зевках и затихают, когда он ныряет в дремоту.

Почему я должна сопротивляться этому желанию, когда жизнь так коротка? И к тому же я хочу узнать себя новую рядом с Виктором. Без него я очень даже ничего, а с ним?

И отдам ли я ему обратно ящик, в котором он хранил галстуки?

— Мам… — меня вырывает из сна испуганный голос Лизы. — Мам…

— Да? — переворачиваюсь на спину и зеваю. — Вы уже дома?

Девочки стоят возле кровати бледные и с круглыми глазами.

— Мам, — Даша теребит край юбки, — там папа…

Надя пихает ее в бок и показывает взглядом на кольцо на моем пальце.

— Значит, правда, — шепчет Лиза. — Думала, все, кирдык, папа сошел с ума."

"— Я тоже, — шмыгает Даша.

— И с мамой что-то сделал, — Надя ежится.

— Да что у вас за мысли такие? — тихо и удивленно отзываюсь я.

— Ну а чо? — Лиза переводит на меня взгляд. — Приехал, в машину загнал и ничего не говорит, кроме “дома побеседуем”.

— Ага, блин, — Даша кивает. — Маньяк маньяком. Что мы еще могли подумать?

— А потом, — Надя цокает и переходит на шепот, — давай просить прощение.

— А тебя нет, — Лиза хмурится.

Замолкают и синхронно скрещивают руки на груди.

— А что он мог, по-вашему, со мной сделать, девочки? — медленно приподнимаю бровь.

— Ну, может, психанул, — Лиза пожимает плечами.

— Увидел тебя с другим и психанул, — тихо поясняет Даша.

— С другим? — я в изумлении моргаю.

— Мало ли, — тянет Надя и сдувает локон со лба. — Да с вами вообще ничего никогда непонятно.

Лезут ко мне на кровать, садятся по-турецки и неловко молчат.

— У нас будет братик или сестричка? Это тоже правда?

— Да, — располагаюсь на подушках поудобнее. — А папа сейчас чем занят?

— На кухне, — Лиза чешет щеку. — Ужин сказал приготовит и ворчал минут пять.

— Почему?

— Все не так и не там лежит, — Надя вздыхает. — Но пофиг на это, блин, мам. Не уходи от темы.

— Вот деловая колбаса, — зеваю. — А вы, что, вздумали мне тут сцены ревности разыграть?

— Вот какого ты о нас мнения, — Даша закатывает глаза.