Веселый Роджер

Словно на меня опрокинули бочку, как в старые добрые…

Прорывная сносит планы, с ходу врываясь в игру с привычного низкого старта.

Прорывная, сука, начинает с первого импульса, затем идет второй, третий… их считаю, прекрасно узнаю, представляю цену каждого последующего.

Нужны таблетки… Дотянуться. Я снова в коридоре, шарю руками по комоду, хватаю портмоне.

Пятый, восьмой, десятый…

Падаю с кошельком в руках на колени, вспоминая свое некогда привычное место вымаливающего прощение за то, что отвратительный ублюдок, не достойный любви, жалости, пощады, жизни… Образы оживают, и я с ужасом думаю о том, что Вера может зайти и увидеть.

Пачка таблеток двоится, пальцы не слушаются. Они горят, обугливаются, идут волдырями. Этого не может быть, это не по-настоящему.

Держись, мать твою. Но откуда воняет паленой кожей? Вы тоже чувствуете, да?

Ни хрена не вижу.

Зато знаю силу каждого импульса, но Фоновая и Прорывная спешат, обгоняют меня, подружки верные. Всего я могу выдержать не больше двадцати, находясь в сознании, потом мозг вырубается, щадя.

Сука, больно.

Зову на помощь.

Импульс двенадцатый, пятнадцатый… каждый последующий сильнее предыдущего, стреляет под кожей, отторгая ее. Жарко. Будто снова там, у озера. Вся моя жизнь, реабилитация, успех – сыплются золой сквозь пальцы. Помню, как стою на коленях, облитый, горящий, мечтающий сдохнуть. Надо ползти. Ползти к воде, чтобы выжить. Хочу жить… Господи, как я хочу жить…

Откуда-то издалека доносится знакомый женский голос.

Беги отсюда…

Шестнадцатый, девятнадцатый…

Кожа лопается, пузыри повсюду, зубы скрипят, губы трескаются, лицо липкое. Надо ползти к озеру.

Двадцатый…

Слишком быстро. Прохладная, чистая, заманчивая лужа недостижима.

Как никогда ясно осознаю, что проклят. Не способный дальше терпеть – кричу.

Настоящего и будущего не существует. Только прошлое. Пальцы разжимаются, и я в него падаю, люк захлопывается сверху, над головой, боль рвет на части. Последнее, что слышу – это Верин голос, но даже не пытаюсь цепляться за него, боясь утянуть ее за собой.

Часть V

Глава 36

Вера

Плотные жалюзи не пропускают в комнату послеполуденный свет, сплит шумит привычно и по-домашнему. Если сосредоточиться на ощущениях, можно почувствовать неспешное движение воздуха по комнате. Вере хочется подтянуть под себя замерзшие голые ноги, закутаться в плед. А лучше забраться бы к Вику в постель, где тепло, уютно и он сам, горячий, родной и мирно спящий под ее пристальным взглядом.