Перевоспитать охламона

Голова девушки чуть склонена вбок. А сам вид открывался на хрупкие плечи и спину. Лица видно не было, но Груня себя узнала.

— Вот так и просыпаюсь, гляжу на стену, — услышала Груня хриплый голос Барина на ухо, — С дурацкой улыбкой и стояком. Каждое утро. Задолбался, если честно.

Груня заливисто рассмеялась, пряча лицо на обнаженной груди ворчащего парня. Но долго радоваться не вышло. Их уединение было нарушено открывающейся дверью.

— Васька, спишь? — спросил Пал Палыч, после того, как вошел в спальню к сыну.

С тихим «Ой!» Груня спряталась под одеяло, а Василий хмуро уставился на улыбающегося отца.

— Стучать нужно, — проворчал Барычинский — младший.

— Закрываться нужно, — парировал поучительным голосом отец семейства, — Раз уж вы оба здесь, то у нас с Анютой к вам приятные новости. Так что, спускайтесь к завтраку. И, Вась, без этих твоих…

Пал Палыч махнул в воздухе рукой, словно поясняя сыну, о чем конкретно он просил отпрыска.

— Я ж не дебил, — проворчал Васька, — Постараюсь фильтровать базар.

Пал Палыч удовлетворенно кивнул и, уже выходя из комнаты, весело добавил:

— Грунечка, доброе утро!

— Доброе, Пал Палыч, — донеслось из-под одеяла.

Барычинский — старший вышел, закрыв за собой дверь. А Васька, посмеиваясь, принялся стягивать одеяло со смущенной девчонки.

— Зайчонок, выползай, — позвал Василий.

— Не хочу, — ответила Груня, — Мне стыдно.

— Да брось, — фыркнул Васька.

Груня, веселя Барина пунцово-красными щеками и виноватым взглядом, показалась из-под одеяла, и вмиг была прижата к матрасу Васькой, со сверкающим хищным блеском глаз. Парень уже успел опереться руками в постель по обе стороны от лица девчонки и отвел рассыпавшиеся рыжие волосы в сторону.

— Чего смущаешься? — улыбался Васька, — Испугалась?

— Нет, просто я никогда… ну, не ночевала с парнями…, - сбивчиво пробормотала Груня, старательно отводя взгляд, — А теперь вот, уже которую ночь дома не ночую."

"Васька заулыбался еще шире. Словами не передать, как ему понравилась фраза «не ночевала с парнями». Но поскольку Барин твердо решил, что девчонка должна привыкнуть к нему прежде, чем все у них закрутится основательно и окончательно, то заставил себя встать с кровати. Правда, не удержался и, втянув носом воздух, прошелся губами по щеке, виску девчонки, и задержался около ушка:

— Привыкай, — тихо выдохнул.

А когда встал, не оглядываясь, потопал в ванную. Вернувшись, уже одетый в футболку и легкие домашние брюки, застал Груню, заправляющую постель. Да так и замер на месте, подперев плечом дверь в ванную.

Девчонка ловкими движениями разглаживала одеяло, взбивала подушки, вертелась вокруг кровати уже в джинсах и в простой рубашке в крупную клетку. Вертелась, пританцовывала, что-то напевая тихое и неразборчивое.