Женский приговор

Работаю на прежнем месте, сейчас получили очень интересный заказ. Кстати о работе: это вам.

Он достал из-за спины и протянул ей чугунную вазу, сделанную в виде сплетения листьев.

– Какая красота! – искренне восхитилась Ирина и хотела взять, но Кирилл с улыбкой отвел руку:

– Очень тяжелая. Вам придется или вызывать такси, или позволить мне проводить вас. Позволите?

Ирина кивнула. Мостовой предложил ей руку, она приняла и медленно двинулась с ним по тротуару.

– Кирилл Вениаминович, я тоже должна вас поблагодарить, потому что после вашего процесса моя карьера резко пошла в гору.

– Рад это слышать. Ирина Андреевна, как только я вас увидел первый раз, сразу понял, что моя судьба в надежных руках.

Она покачала головой:

– Благодарите заседательниц. Если бы Надежда Георгиевна не сообразила про две заколки, так бы мы ничего и не раскрутили.

– Для них я тоже сделал сувениры и хотел узнать у вас, как можно передать.

– Надежде Георгиевне вряд ли удастся. Она разошлась с мужем и уехала поднимать образование в дикую глухомань, где, кажется, и детей-то еще не народилось.

– Бедная женщина…

– Да нет, она сама захотела. Сказала, что всегда есть время исполнить мечты юности, собралась и уехала.

– Ах да, мне же Федор писал, что вместо нее – молодой директор с какой-то революционной фамилией, и навел порядки, как в Чека. Но для Федора это оказался большой плюс, потому что его дама долго боялась все бросить и выйти за него, но как только сменилось руководство, страх пропал.

Ирина сообразила, что Федор – это замполит.

– Если хотите, я дам вам адрес Надежды Георгиевны.

– Буду признателен. А вторая девушка?

– О, она недавно вышла замуж, так что ваша ваза придется ей как нельзя кстати.

Процесс над Ярыгиным завершился, и Ирина рассказала Кириллу, что именно благодаря Наташе удалось выйти на настоящего маньяка и как он чуть не убил Наташу, но подоспел Глущенко и в одиночку задержал преступника. Его хотели официально поощрить за отвагу, но, насколько Ирине было известно, вопрос так и повис в воздухе.

– Надо же, – покачал головой Кирилл.

– Только Ярыгина признали невменяемым, – вздохнула Ирина, – не знаю уж почему, то ли он действительно сумасшедший, то ли из-за того, что коллега. Проходит сейчас принудительное лечение. Ладно, бог с ним, лучше расскажите, как ваше творчество?

Кирилл нахмурился и слегка замедлил шаг:

– Я восстановился на филфаке, а из группы, наоборот, ушел.

– Почему? Мне нравились ваши песни.

– Мне тоже, не все, но некоторые из них.