2
0
— Вот, например, ключи у тебя отобрали при задержании. Сколько их было счетом?
— Я счета не вел, может быть, сорок, может, шестьдесят.
— Неизбежно возникает вопрос: к чему так много?
— Вы, конечно, можете думать… это, ясно, ваше право… Но мне они были не нужны. Мне без ключей отдавали в руки, я по шкафам не лазил. Ни по квартирам.
— Тем не менее связка налицо. Зачем?
— Короче говоря, я люблю ключи, я собирал.
— Собрание для оседлого человека. Мне сегодня портфель руку оттянул; я их принес. Вот. Узнаешь?
— Да, это мои.
— Как ты умудрился набрать столько?
— Ну, когда я где нахожусь, то беру. Даже просто на память, клянусь честью!
— Оттуда, где живешь?
— Да.
— Если так, Юрий Юрьевич, значит, и на «Тереке» ты жил. Вот этот ключ — от 20-й каюты первого класса.
— Да?.. — Мгновенный цепкий взгляд. — Я всегда езжу первым классом…
— Мы с тобой уславливались, и не раз: ни слова лжи. И зачем-то ты снова пытаешься темнить.
— Я не помню, чтобы на «Тереке»… А впрочем, говоря, однажды плавал, я теперь вспоминаю, Михаил Петрович. У меня еще девушка была, азербайджанка. Хорошая девушка. С Баку. Конечно, у каждого свой вкус, но что красивая, то красивая. Сулико.
Что Юрий Юрьевич «вспомнит», Дайнеко предвидел. Но немедленно изобрести попутчицу и тут же для достоверности наделить ее именем, национальностью, местом жительства — это был ход с дальним прицелом. (При красивой девушке не стал бы ухаживать за Титовой, женщиной немолодой и незаметной.) Спроси сейчас, он глазом не моргнув опишет привычки мифической бакинки, род занятий, манеру одеваться (только адреса и фамилии, разумеется, не назовет). Мастер сочинять!
— Каким маршрутом ходит «Терек»?
— Он ходит Астрахань — Москва и обратно.
— Ты ехал в один конец?
— В оба.
— В оба… Что, понравились пейзажи на маршруте? (Тут может похвалить окрестности Ярославля, чтобы объяснить, почему сошел, если зайдет речь.)
— Пейзажи? А черт его знает. Я занят был, у меня же девушка.
— А познакомился ты с ней?..
— Совершенно случайно, на теплоходе уже.
— И сколько продолжалось ваше знакомство?
— Как мы туда плыли, так и назад вместе. Это месяц почти.
(Увлекся Юрий Юрьевич романом со знойной бакинкой, забылся слегка. Важно теперь не дать ему из отдельных островков лжи соорудить единую и более прочную платформу для защиты.)
— Редкое для тебя постоянство, Юра.
Михаил Петрович усмехнулся, и Ладжун усмехнулся: «поняли» друг друга двое мужчин. «Снимай, Костя, снимай!» — ткнул в спину оператора Виноградов. «Кассета кончилась, кино остановилось, — виновато проворчал оператор. — Сейчас сменю». — А в динамике продолжался диалог:
— Но в Астрахани вы все же расстались?
— Ей надо было в одну сторону, мне — в другую. Жаль, конечно, мы хорошо погуляли.
