Императрица Мария. Восставшая из могилы

Ну а представители сословий, не попавших под мобилизацию, добровольно идти воевать не спешат – в тылу спокойнее!

– Как это не попавшие сословия? – удивилась великая княжна.

– А вы не знаете? – Пепеляев развел руками. – Мобилизация-то проводилась по закону еще имперскому. Вот и забрили в солдаты только крестьян да мастеровых. Остальные – дворяне, мещане да купечество – только добровольно!

– Но это же неправильно!

– А вот тут я с вами полностью согласен! Если для войны с германцами эта прибавка была несущественной, то сейчас лишние пятнадцать-двадцать тысяч солдат нам бы не помешали.

Причем солдат образованных, что важно! А так сидят они в тылу и помогают своим папенькам воровать. Нас же в России хлебом не корми, только дай сформировать какой-нибудь комитет или комиссию. О Земгоре что-нибудь слышали?

– Слышала, но что-то совсем в общих чертах. Говорили, воруют много, ругали их. А впрочем, я тогда не слишком этим интересовалась.

Тут Маша покривила душой – о Земгоре ей подробно рассказывал Николай. Но ей хотелось узнать мнение Пепеляева.

– Я не знаю, кому пришла в голову мысль отдать снабжение армии в частные руки.

Но государь, извините, Мария Николаевна, за прямоту, сию вредительскую глупость утвердил. Земгор – это главный по снабжению армии комитет. Сами себе раздавали заказы, сами их срывали, сами себе руки грели. Солдаты сидели в окопах голодные, ни снарядов, ни патронов, зато продажи драгоценностей, мехов и других предметов роскоши в шестнадцатом году превысили самые сытые довоенные годы! Ну и заодно и империю расшатывали. Чуть ли не половина руководства Земгора вошла в первый состав Временного правительства! Не удивляйтесь, откуда я это знаю, Виктор много рассказывал. Он же в то время в Думе сидел, все на его глазах происходило, да и с его участием. Потом спохватился, да было уже поздно! А здесь, в Омске, он встретил нескольких своих знакомцев из Земгора. Они, оказывается, и тут устроились по специальности – снабжением армии занимаются!

Пепеляев зло пнул ногой ком снега и замолчал. Молча они прошли по аллее до противоположного конца сада, потом повернули обратно.

– Эх, – вздохнул Пепеляев, – если бы нашелся кто-то, у кого хватило бы решительности разворотить всю эту навозную кучу! Армия бы его на руках носила!

– Скажите, Анатолий Николаевич, как вы относитесь к монархии?

– Неважно, Мария Николаевна.

– То есть?

– Полагаю, что монархическое правление себя изжило и неприемлемо. Разве что в виде конституционной монархии. Сами посудите, Российской и Австро-Венгерской империй больше нет, на очереди Германская и Османская. И это уже не за горами!

– А как же особый путь России?

– Вот только это и вызывает у меня сомнения.