Наглый. Дерзкий. Родной

– Давай, – согласилась я, уже решив, что завтра он меня не найдет.

До тех пор, пока я не выясню, кто он такой на самом деле.

Иннокентий молчал, что-то насвистывая себе под нос, и иногда неодобрительно косился на нас в зеркало заднего вида.

Или мне так только казалось? Может, все не так и плохо, а мне в темноте после дозы спирта и стресса все привиделось?

Наконец, старший конь из Милана припарковал «Москвич» рядом с моей ласточкой. Я вылетела из машины, достала из сумочки ключи, отключила сигнализацию и постаралась смыться.

Села за руль, вставила ключ в замок зажигания и неприлично открыла рот.

– Ты куда собралась? – Эд выдал шальную улыбку, вставая в проеме открытой двери.

– Домой.

– Я довезу, – безапелляционно заявил он.

– У тебя прав нет, – напомнила я.

– А ты пила! Катя, я никогда себе не прощу, если с тобой по дороге что-то случится. Ты выпила, устала и перенервничала. Выходи.

– Не выйду, – уперлась я.

– Кеша, звони в ГАИ, скажи им, что за рулем по центральной дороге едет пьяная женщина, – громко крикнул он, развернувшись к брату.

– Ты не отстанешь, да? – прорычала я.

– Твоя безопасность превыше всего, – согласился со мной Эдуард.

Я выдохнула и решила бежать. Просто пуститься в бега мне не позволяла физическая подготовка и близость Эда, который точно догонит.

Я молча вышла, гневно сопя, обошла машину и села на пассажирское сидение, напрочь забыв об Иннокентии. Эдуард уже сидел за рулем, пристегнулся и ждал.

Я скрестила руки на груди и велела:

– Поехали! Надеюсь, права ты получал не в поселке.

– Я там водить учился, – развеселился Эд, и машина тронулась с места – примерно с той же скоростью, как и моя крыша.

Чтобы больше не разговаривать, я включила музыку и сделала звук погромче. Заиграл Стас Михайлов, а я откинулась на сидении и кусала губы, пытаясь понять, где правда, а где моя паранойя.

«Среди ненастья и злых холодов нас согревает наша любовь, мы потерялись, но встретились вновь, как две снежинки вчерашнего снега», – пел Стас, а меня словно холодной водой окатило.

Ведь именно эта фраза, про две снежинки вчерашнего снега, царапнула меня при первой встрече с Эдом. Только тогда я была в культурном шоке и не стала заострять на этом внимания, решив, что мне встретился городской сумасшедший.

В свете моей паранойи и последних умозаключений это выглядело странно. Получается, что он уже тогда все обо мне знал, так? И там в подземке подтвердил!

Боже, куда я вляпалась?!

Я подозрительно покосилась на своего водителя и старалась не показывать, что напугана.

Он же расслабленно качал головой, а когда заметил мое пристальное внимание, увеличил собственную громкость, подпевая Стасу.