Одесский листок сообщает

Вы воруете, я ловлю.

Алексей Николаевич осмотрелся. Вдоль стен, едва различимые в темноте, стояли ящики, бочки, тюки с товарами. Сквозь щели меж досок ближайшего ящика питерец разглядел швейную машинку.

– Это все необандеролено? – спросил он у хозяина.

– Сами как полагаете?

– Вы не дерзите, а отвечайте на вопрос.

– Алексей Николаевич, он кого-то ждет, – подал голос Азвестопуло.

– Я вижу. Тянет время, надеется, что ему помогут. Спиридон Саввич, давайте по-хорошему. Никто вас выручать не станет, даже Вовка Пасечник. Напасть на полковника полиции – значит подписать себе смертный приговор.

У вас настолько смелые друзья?

Фанариоти сник.

– То-то. И потом, сперва выслушайте нас. Мы ведь с Сергеем Маноловичем контрабандой не интересуемся. Стащите хоть пароход с кофеем, нам все равно. Мы ловим шпионов.

– Шпионов? – искренне удивился подозреваемый. – Оглянитесь: где я и где шпионы?

– Давайте вылезем отсюда на свет божий, там и оглянемся. Шпионы не выдумка, и к вам имеются вопросы.

– А это?

– Товары? Заприте ворота, как вы обычно делаете. Тут ведь друг у друга не воруют?

– Всякое бывает.

Азвестопуло бесцеремонно вскрыл несколько мест и забрал коробку табака и мешок кофе.

– Вещественные доказательства, ежели что. Ну, идемте?"

"Лыков смотрел на отставного писаря и удивлялся. Тот повесил замок на ворота и пошел как ни в чем не бывало к выходу. Вот нервы у человека… Если он станет упираться, придется попотеть.

– Не хотите ни в чем признаться? – спросил сыщик у арестованного.

– Нет. Послушаю сначала, что вы мне скажете. Шпионы! Ишь чего удумали. Была бы шея, а хомут найдется?

– Пока вспоминайте вашу службу в Одесском морском батальоне.

Спиридон даже остановился от неожиданности.

– В Одесском батальоне? Это вы там измену нашли?

– Со всей очевидностью.

Дальше грек шел молча, обдумывая услышанное. Он что-то бормотал себе под нос и был явно озадачен.

Когда троица вышла наружу, там их уже поджидали. Четыре хлопца в фартуках стояли возле пролетки, пятый держал под уздцы лошадь.

– Саввич, что за пацюки? – спросил рослый парень с топором за поясом. – Ромику карманы растрясли, так он за подмогой побёг. Ты…

Лыков шагнул вперед, махнул руками, словно хотел хлопнуть в ладоши. Два оборванца повалились навзничь, включая оратора.

Третий занес кистень, но ударить не успел: Азвестопуло заехал ему сапогом в пах. Четвертого коллежский советник схватил уже на отходе, дал в ухо и бросил. Пятый, что держал лошадь, успел удрать.

– Садитесь, едем, – приказал Алексей Николаевич Фанариоти. Тот стоял и наблюдал расправу, не вмешиваясь. Пальцем не пошевельнул, чтобы помочь своим защитникам.

К удивлению Фанариоти, сыщики доставили его не в полицию, а в гостиницу «Лондонская». В номере Лыкова прошел первый допрос.