Пятьдесят на пятьдесят

– Для протокола: меня зовут детектив Бретт Сомс, а это мой напарник Айзея Тайлер, и в данный момент мы проводим допрос Александры Авеллино в Первом райотделе полиции города Нью-Йорка. Также присутствуют адвокат Теодор Леви и…

Кейт яростно строчила в своем блокноте, ручка так и летала над страницей. Написав «Леви и», она остановилась, ожидая продолжения.

Никто не произнес ни слова. Подняв голову, Кейт увидела, что детективы и Леви выжидающе смотрят на нее.

– Пожалуйста, назовите свое имя и фамилию для протокола, мэм, – попросил Сомс.

– Ой, простите – Кейт Брукс.

Сомс кивнул, поджал губы, как будто только что попробовал что-то кислое, и продолжил:

– Мисс Авеллино, на данном этапе мы просто хотим получить от вас первое представление о недавних событиях, связанных с убийством вашего отца. Не хотите рассказать нам, что там произошло?

– София убила моего отца. Вы это хотите от меня услышать? – ответила Александра. Челюсть у нее тряслась, голос дрожал.

Леви немедленно вмешался:"

"– Детектив, моя клиентка сделает полное заявление, как только мы получим обвинительное заключение и всю информацию по делу, которой вы располагаете.

Вы только что слышали ее слова касательно того, кто убил ее отца. На данный момент это всё. Для протокола: я в курсе, что у вас имеются какие-то сведения о завещании покойного, которыми вы с нами не поделились. Если Майк Модин дал полиции официальные показания, то я хочу с ними ознакомиться. Пока я не буду располагать всей информацией, которой владеет дознание, моя клиентка не будет отвечать ни на какие вопросы.

– Мистер Леви, если ваша клиентка утверждает, что Фрэнка Авеллино убила ее сестра, то разве она не хочет, чтобы ее сестру привлекли к ответственности? Вы сейчас практически сказали, что она не более чем свидетель, – ответил ему Тайлер.

– Я нашла его на кровати, – сказала Александра.

Леви тут же положил свои пухлые пальцы ей на руку. Судя по всему, в открытую посоветовать ей держать язык за зубами он не решался, но все же требовалось как-то напомнить ей об этом. Однако Кейт почувствовала и что-то еще. От одного только вида того, как он прикасается к этой женщине, по коже у нее побежали мурашки. Александра убрала руку со стола, вежливо освобождаясь от пальцев Леви.

– Продолжайте, – попросил Тайлер.

– Я поднялась наверх, и дверь его спальни была открыта. Он лежал там в темноте. Я позвала его по имени, но…

Она покачала головой – слезы теперь потекли ручьем, в горле пересохло. Теперь Кейт захотелось утешить ее, взять за руку, сказать, что она сожалеет о ее потере.

– Он даже не пошевелился. Я крикнула: «Папа, папа!» – и он ничего не ответил. Сначала я подумала, что он просто заснул, а когда подошла к нему, то увидела, что он весь в чем-то черном.