Полина Сергеевна

Вера Михайловна чутко реагировала на настроение подруги — хочет та долгого общения или же ограничиться короткой сводкой новостей. Если Полинька не была расположена к беседе, Верочка извинялась:"

"— Прости мою назойливость, которая есть чистой воды эгоизм. Так тяжело оставаться в неизвестности, и я тебе, замученной и усталой, досаждаю своими звонками.

— Ну что ты! Все в порядке, звони, когда хочешь.

В тот вечер Полина Сергеевна не торопилась, спросила подругу, как обстоят дела с архивом.

— Моя роль в разборе бумаг Игоря очень странная. Я перепечатываю на компьютере его записи, перевожу их на английский.

В обоих процессах мне совершенно не понятна суть выполняемой работы. Я вроде механического аппарата, который разбирает в рукописи, где какая буква, а потом переводит. Получается в точности по известной шутке, когда «Ах вы, сени, мои сени…» перевели как «Вестибюль мой, вестибюль…».

— Но ведь есть компьютерные программы распознавания текста и переводчики.

— Они еще бестолковее меня.

— Как поживает Ксюша?

— В своем репертуаре. Наняла-таки девкам французскую гувернантку с кучей хвалебных рекомендаций.

Что-то меня насторожило в этой женщине. В итоге выяснилось, что наша парижанка на самом деле учительница французского из Майкопа и все ее рекомендации — липа. Вот теперь не знаем, что с этой аферисткой делать, она в принципе милая женщина. В остальном все благополучно, насколько благополучно может быть у такой заполошной личности, как Ксюша.

— Верочка, я сегодня ходила в церковь, молилась…

— Да? — только и могла растерянно переспросить подруга. А потом начала медленно говорить, подбирая слова: — Я всегда завидовала верующим людям, потому что у них есть инстанция, в которую всегда можно обратиться, потому что после смерти их ждет тот свет, рай или пусть даже ад, но хоть что-то, а не полное исчезновение.

Начиная с семидесятых годов в церковь уходят ученые — кандидаты, доктора наук, врачи, успешные молодые и немолодые люди. Одни — в диссидентство, другие — к Богу. Они приходят к Богу не корысти или славы ради, а проделав невероятно сложный духовный путь. Я не представляю, как генетик или физик могут поверить в высшую силу, но ведь верят. Наша церковь получила и получает оздоровительную кадровую подпитку. Ведь в православии расслоение велико: есть умнейшие философы-теологи, а есть попы и дьячки в пятом, в десятом поколении, которые служат как потомственные ефрейторы или сержанты, они давно потеряли или вовсе не имели пастырского таланта. Помнишь, что раньше говорили про КПСС, оправдывая свое вступление? Чем больше в партии будет честных коммунистов, тем здоровее станет эта движущая сила.

— Верочка, я не собираюсь в монастырь, и к Богу я, по большому счету, не пришла.