Полина Сергеевна

— Мы имеем одиннадцать хвостов… — бормотал Олег Арсеньевич. — У жеребят по четыре ноги, у индюшат по две, а всего тридцать… Нет, если уравнение составить, то все просто, но они уравнения еще не проходили…

— Сеня, — просила пойти на компромисс Полина Сергеевна, — не лучше ли будет, если ты нам всем, — с нажимом подчеркивала она, — объяснишь принцип решения подобных задач, чтобы мы его усвоили и в последующем использовали?

— Логично, согласен! Итак, одиннадцать хвостов, значит, одиннадцать животных. Выдадим каждому по две ноги. Одиннадцать на два — двадцать два.

От тридцати отнимем двадцать два, остается восемь. Индюки уже получили свои ноги, нужно раздать еще по две жеребятам. Восемь делим на два — четыре. Всего животных было одиннадцать, отнимаем четыре, равняется семь. Ответ: семь индюков и четыре жеребца.

— Семь индюшат и четыре жеребенка, — поправляла Полина Сергеевна.

Бабушка с дедушкой понимали принцип решения, а до внука он не доходил. Однако ему очень хотелось меч джедая, до слез хотелось!

«Сейчас еще и Сенька назовет его дебилом, — внутренне напрягалась Полина Сергеевна.

 — Не позволю!»

— Прекрасно! Какая чудная задачка! — восклицала она, собирая листочки. — А теперь мы поиграем в «Монополию». Посмотрим, разорит ли нас опять юный капиталист Эмка.

У них было много настольных игр, в которые резались вечерами, телевизор включали редко.

— Эмка, а ты понял, как задача решается? — с сомнением спрашивал Сеня.

— Завтра Эмка объяснит тебе ее решение, — не давала ответить внуку бабушка.

— И получу меч джедая! — напоминал Эмка.

С непоседливым первоклассником-сыном Полина Сергеевна подобных мучений не испытывала.

Сеньку отводила в школу, встречала, делала с ним уроки бабушка, мама Полины Сергеевны. И никогда не жаловалась на трудности с чистописанием и на то, что выполнение домашнего задания превращается в драматический спектакль, в первом действии которого герои договариваются работать мирно и дружно, во втором у них конфликт со слезами, криками и проклятиями, а в третьем они кое-как снова приходят к согласию. Есть расхожая шутка: наши внуки отомстят нашим детям. А говоря серьезно: мы начинаем понимать наших родителей, когда сами становимся матерью или отцом, когда дедушкой или бабушкой — тем более.

— Ты помнишь, как делал уроки с бабушкой? — спрашивала Полина Сергеевна сына.

— Нет, — признавался Сенька.

«Вот и Эмка не будет помнить», — думала она с горечью.

— Кстати, грамотно писать ты так и не научился, особенно страдает пунктуация. Тебя выручает то, что набираешь текст на компьютере, а там программа подчеркивает ошибки.

«Почему это я? — удивлялась Полина Сергеевна мысленно. — Словно хочу упрекнуть маму.