В объятиях страсти

Сирена – умная женщина со сверхъес­тественной способностью выбираться из любой передряги бла­гоухая, как утренняя роза. Конечно, они не раз вспомнят сладостные минуты их любви, но с наступлением дня призра­ки прошлого растают. Что ни делается – все к лучшему…

Предпринятое путешествие из Велли-Фордж было да­леко от завершения, однако он решил переночевать здесь, недоумевая, что заставило его выбрать такой маршрут к пункту своего назначения. Капитан не собирался ехать че­рез эти места и тем не менее оказался здесь. Из-под низко опущенных полей шляпы Трейгер смотрел на заросшее щетиной лицо человека, сидевшего напротив него.

– Говорю вам, это правда, – заявил хозяин гостини­цы Брейден и решительно кивнул в подтверждение своих слов. – Я и сам как-то ночью видел привидение. Дело было аккурат в полнолуние. Ветер, помнится, завывал, как душа грешника в аду. Тут, значит, оно и показалось на дальнем холме. То появится, то исчезнет. Да и не один я здесь его видел. Как стемнеет, так нечистая сила и выби­рается из всех щелей, чтобы побродить по окрестностям, пугая честных христиан.

Трейгер молчал, но хозяин гостиницы все-таки поймал его недоверчивый взгляд.

– Видно, Митчел Уоррен вернулся с того света, что­бы охранять свое имущество от мятежников. Возле дома живой души не сыщешь, особенно теперь, когда там обо­сновалась его мать. Старуха с норовом и держится особня­ком. Уорренам здорово досталось, и не мудрено, что вдова на весь свет в обиде. Бедолагу, что к ней сунулся, отходила тростью да еще спустила своего волкодава. – Брейден печально покачал головой. – Слышал я, будто генерал Хау простил дочку Уоррена, только здесь о ней ни слуху ни духу. Я вот что скажу, померла бедная, как и ее папа­ша. Это ж надо! А старуха всех пережила. Ходят слухи, что вдова – ведьма и, как заскучает, вызывает духов, потому богобоязненные горожане туда ни ногой. Никто ее лица не видел, вот некоторые и говорят, что под вуалью ничего нет, а сама она тоже привидение.

Трейгер поперхнулся элем. Ну нет! Лицо есть и совсем не похоже на бледный лик привидения. Сирена спрятала ото всех свою изысканную красоту и наверняка ожесточилась. Впрочем, не ему судить – он и сам стал довольно раздражительным.

Трейгер поднялся из-за стола и кивнул хозяину.

– Спасибо за выпивку. – И исчез во мраке ночи."

"Сирена отложила недописанное письмо и перечитала записку генерала Хау, который желал ей всяческих благ и приносил извинения за все, что случилось по вине Брендона и Оливии. Он также заверял, что подписал документы, снимавшие обвинения с дочери Митчела, восстановив тем самым доброе имя Уорренов.

Сирена огорченно вздохнула.