Волк и семеро козлов

– Что, проблемы? – стараясь не выдать своего волнения, спросил Ролан.

– Если и так, то это мои проблемы, – сердито посмотрел на него Корчаков.

– Хреново тебе, понимаю. А мне почему-то вдруг легче стало. Подумалось вдруг, может, мою жену не убили, а? Может, я что-то не так понял? Может, просто кого-то в заблуждение нужно было ввести…

– Это ты о чем? – подозрительно глянул на него Корчаков.

– Понимаешь, она мне не совсем жена. Но это ничего не меняет. А тут у нее вдруг проблемы возникли. Бизнес у нее, а какой-то козел хочет его отобрать. Киллеров на нее натравил…

– И что?

– Да информация прошла, что убили ее.

– Это ты о ком? – забеспокоился Корчаков.

– Ну, о жене своей…

Его телохранители молча жевали, нехотя вслушиваясь в разговор. Они еще не поняли, что происходит, а их босс пока не подавал им знака. До него самого только-только начало доходить, о ком идет речь.

– Козел какой-то за ней охотится. Он думал, что ее убили, а она жива. Знаешь, в жизни как в футболе: не забиваешь ты, забивают тебе… то есть тебя. До смерти. Так что козлу этому хана.

"Какое-то время Корчаков ошеломленно смотрел на него. Он все понял, но у него уже не было времени. До него быстро дошло, что напротив сидит его собственная смерть.

– А-а!.. – только и успел закричать Натан.

Дальше все происходило, как в замедленной киносъемке. Опираясь руками на стол, Корчаков стал подниматься, но Ролан вскочил на ноги еще быстрее. Телохранители уже поняли, что произошло нечто из ряда вон выходящее, но еще не сообразили, что же делать.

Морячок коснулся его кисти в тот момент, когда бритвенной остроты черенок вошел Корчакову в горло. Ролан собирался убить врага ударом в глаз, но тот задрал голову, подставляя под заточку кадык. Хрустнули хрящи, хлюпнула кровь…

– Привет от Авроры, мразь!

Для Корчакова все закончилось очень быстро. Но Ролан жив, и он обязан дальше бороться за свое существование. Аврора не погибла, она оказалась умнее и хитрее, чем ее убийцы. А значит, рано или поздно он должен вернуться к ней.

Но Ролана голыми руками не возьмешь. На него нашла эйфория, состояние, когда человек, убегая от собак, может запрыгнуть на крышу четырехметрового здания. Или сам порвать этих собак. Тем более что для этого у него есть оружие. И заточка есть, и мастерство…

Он вырвал руку из захвата, в который взял ее морячок, и заточкой ударил парня под ключицу. Это не смертельно, но парализующе больно. Пока морячок в шоке, можно заняться его напарником.