Волк и семеро козлов

Ты Корчаков. Настоящий Корчаков… Ты на Бабанова не злись, он мужик простой, бесхитростный – это я волчара, все вижу, все замечаю, палец к носу прикинуть не проблема…

– И ты не боишься мне это говорить? – удивленно повел бровью Корчаков.

– Может, и боюсь. Ты мужик сильный, охрана у тебя, деньги, самому хозяину кум… Но я-то знаю, что ты знаешь, что я знаю. Бабанов тебе все рассказал. Не мог не рассказать.

– Рассказал. И что ты заговоренный, тоже сказал.

– Только ты в это не веришь, да?

– Не верю.

– А я верю. Только знаешь, не хочу, чтобы ты это проверил. Да и зачем тебе это? Ты здесь как турист, типа, проездом.

И таких же туристов с собой взял, – Ролан взглядом показал на морячка. – Они же ничего не понимают в наших делах. Для них тюрьма – темный лес. Хорошо, если обратный поезд будет. А если нет? Если вдруг застрянешь здесь? Завтра комиссия будет, вдруг Храпова снимут. Кто тебя отсюда выпустит? Никто. Разбор полетов устроят, срок тебе добавят, еще и в карцер отправят… Храп – мужик сильный, он умеет свою власть держать. А если новый начальник слабаком окажется? Если наши, блатные, власть возьмут? Козлов замочат и сами здесь рулить будут. А по тюрьме уже слух идет, что вип из санчасти в колбу балуется…

– Кто этот слух пустил? – скривился Корчаков.

– Ну… Я умею держать язык за зубами. Это мое достоинство. Но есть и недостатки. Деньги очень люблю. Бабанов должен был мне за Мишеля заплатить, а у него денег не было; ну, я и наехал на него… Если честно, я виноват в том, что слух пустили. Но я готов загладить свою вину. Честным тебе служением…"

"– Я здесь не задержусь.

– Тогда Бабанову. Он за мной как за каменной стеной будет.

– Да мне, в общем-то, на него наплевать…

– Значит, не договорились, – разочарованно вздохнул Ролан.

– Боюсь, что нет.

– Тогда расходимся. А то чего сопли жевать, если я тебе не нужен?

Ролан вернулся на свое место, но ложиться не стал. Надо было отслеживать обстановку в камере. Может, бойцы Корчакова не разбирались в тюремных порядках, но науку убивать освоили на «отлично». Вдруг навалятся скопом на Ролана, затянут на шее петлю из полотенца, а потом скажут, что бедняга повесился. А поверить в это легче легкого. Ведь Ролан уже пытался покончить жизнь самоубийством…

А убить его нужно.

Потому что он узнал тайну Корчакова. И понять Ролана можно, и простить, но только посмертно. И Храпов, конечно же, будет того же мнения. Ему залеты, понятное дело, не нужны…

Ролан достал из сумки стальную ложку. Черенок у нее заточен хитро – срез тупой, но толщина стенок почти что бритвенная. К тому же черенок не гнулся от сильного удара, и это во многом увеличивало его ценность. Он незаметно положил ложку под подушку и сделал вид, что смотрит телевизор.