\

И если не остановить ЭТО…

Да, арбалетчики явно запаздывали. Тетивы натянуты лишь у нескольких армбрустов. Из поясных футляров-колчанов только-только вынимаются короткие оперенные болты. Не поспевали и стрелки с ручницами: в хандканноны не забиты пыжи и не вложены бондоки. Что ж, значит, пришла пора потчевать врага «орешками» покрупнее.

— Бомбарды!.. — заорал Дипольд.

Закрепленные на левой повозке малые орудия располагались где-то на уровне живота големов. Бомбарда, подле которой занял позицию Дипольд, из-за отсутствия колес на разбитой телеге, целила ниже — по тассете, в пах и бедра стальных монстров. Сойдет, в общем. Стволы смотрели на трех големов из пяти. На трех слева. Хорошо смотрели, точно. В упор почти. И наводить не надо.

— …Пли-и-и!

Склонились пальники в руках бомбардиров. Горящие фитили, вставленные в ушки рогатых канонирских палок, тронули затравочные отверстия. Брызнули искры над пушечными каморами. И…

Бу-у…

Бу-у-ум!

Свой фитиль Дипольд все же придержал и пальника к орудию не поднес. Его бомбарда молчала. Пока. Пфальцграф решил: она ударит последней. И — в самый последний момент. А вот две другие…

Легкие бомбарделлы из повозки слева стреляли небольшими, но увесистыми каменными ядрами, туго обмотанными ветошью, — чтобы снаряды плотнее прилегали к внутренним стенкам ствола. Стреляли дальше ручниц, сильнее, мощнее…

Густой искристо-огненный дым вырвался из пары кованых ребристых стволов.

И на этот раз в ушах отозвался уже не металлический звон, а гулкий грохот. Камня о стальную броню.

У-ум-м-м!..

У-ум-м-м!..

Да, это должно быть посильнее таранного копейного удара!

Дипольд успел увидеть, как пошатнулись две темно-синие фигуры.

Как сухими пыльными фонтанами брызнуло от стальных набрюшников каменное крошево.

И как упал один из бомбардиров, в голову которому угодил отколовшийся и отлетевший назад осколок ядра. Защитная стрелка-переносье на шлеме буквально вмялась бедняге в лицо.

Затем клубы дыма — еще более густого и плотного, чем те, что закрывали обзор после залпа ручниц, — заволокли позиции. На миг и сам Дипольд, и его воины полностью ослепли.

Но уже в следующее мгновение…

Боум-ш-джз-з-зь! Боум-ш-джз-з-зь!

За дымной пеленой, справа, проступили очертания голема.

И рядом — второго…

— Правее! — рявкнул Дипольд оруженосцам, поставленным при повозке с бомбардой. — Правее развернуть! Бы-ы-ыстро!

Махнул по привычке рукой, подгоняя. От неловкого движения из ушек пальника выскользнула змейка фитиля. Изрыгая проклятья и ругательства, пфальцграф подхватил шершавый шнур латной перчаткой. Так и замер — с подрагивающим мечом в одной руке, с тлеющим фитилем — в другой.

Дымящийся конец фитиля завис в паре дюймов от бомбарды.