\

Что-то им явно известно. Чего еще не знает он сам. Что-то очень важное и, похоже, не очень приятное.

Ладно… Ему хотелось только одного. Определенности. Так и быть, он расскажет о том, что жаждут услышать от него эти два отца — родной и святой. Он поведает им все, что узнал, испытал и запомнил. В деталях и подробностях. Без утайки. Но после пусть и они тоже выкладывают все начистоту.

— Мне скрывать нечего, — твердо произнес кронпринц, в упор глядя на Геберхольда.

Что-то подсказывало Дипольду: именно с магистром сейчас придется иметь дело в первую очередь. Именно к усердно внимавшему инквизитору будет обращена долгая исповедь-воспоминание.

— С чего начать, святой отец? С турнира в Нидербурге? («Проклятого позорного турнира!») Или эту часть моих злоключений, уже хорошо известную его величеству («и, несомненно, вам тоже»), можно опустить, а начать лучше с последней нашей… э-э-э размолвки («ссоры») с отцом?

— Если вам не трудно, все же начните сначала, ваше высочество, — с подкупающим участием попросил магистр. — С нидербургского турнира.

Ишь ты! «Если не трудно»! Да кого тут, собственно, интересует, насколько трудно Дипольду вспоминать о былом унижении! Ну, а впрочем… Говорить, так говорить. Но зато потом — спрашивать. Сполна. Со всех.

Внимательные немигающие глаза инквизитора словно вытягивали слова одно за другим. А Дипольд их и не удерживал. Ему, действительно, нечего было скрывать. Он не упрямился, он легко отпускал слова.

Отпускал, бросал в лицо магистру…

Он рассказывал… Заново переживая прошлое. Скрежеща зубами от улегшейся, но пробуждающейся заново и вспыхивающей с новой силой ярости. Сжимая кулаки до хруста в костяшках. Проклиная и лютуя. Не особенно стремясь скрывать свои чувства. Все равно не удалось бы скрыть такого бурления в душе. Он не Карл Осторожный. А эти проницательно-сочувствующие инквизиторские глаза… в первую очередь — проницательные. Нет, инквизиторские — в самую первую.

Он говорил…

О том, что уже рассказывал прежде.

О прерванном турнире. О своей первой встрече с оберландским маркграфом и прагсбургским магиером. О ристалищном сражении с боевым механическим големом. О позорном пленении. О долгой дороге в хмельном полузабытьи. О прибытии в Верхние Земли — на цепи, в одной повозке со стальным монстром и несчастной Гердой-Без-Изъяна. О жутких днях, проведенных в замке Чернокнижника. Об удачном бегстве. О неудачной встрече с отцом.

И о том, чего прежде не рассказывал.

Об убийстве Фридриха. О скором и самовольном сборе войск. О стремительном походе налегке. О нидербургских бомбардах, взятых силой и страхом. О магиерском вороне-лазутчике с человеческим глазом в птичьем черепе. О бесславном поражении под стенами оберландского замка. О повторном бегстве из Верхних Земель.