\

Гладиаторские группы подбираются грамотно, с учетом личностных качеств каждого бойца. Прежде чем сформировать команду и выпустить ее на арену, тщательно изучается досье ее участников.

Борис вспомнил: а ведь в самом деле Стольник вместе с живым товаром передал колизейским толстую папку «сопутствующей документации».

— Знаешь, какая орава психологов здесь работает? К тому же в боях часто используются затравочные пары.

— Затравочные? — не понял Борис. — Это как?

— Ну вот меня, к примеру, свели с человеком, который меня же выставлял на продажу в счет погашения ипотеки, — пояснил Георгий. — Наверное, парень тоже где-то дал маху, остался без работы и угодил в гладиаторы. Мы с ним встретились на арене. В разных командах.

О том, кто победил, Борис спрашивать не стал. И так ясно. Если Георгий жив.

— Арена такое место… — Гладиатор вздохнул. — Там по-настоящему понимаешь, насколько тесен бывает мир. Возможно, против тебя тоже выставят кого-нибудь, кого ты непременно захочешь убить. Или кто захочет убить тебя. Есть такие?

Борис молча кивнул. Если бы на арене оказался Стольник! Или Ухо! Вот уж кому он бы не отказался пустить кровь. Путь даже на потеху публике. Но это, конечно, случится едва ли. А вот что касается тех, кто готов убить его…

Ну, чернявая хотя бы. Впрочем, почему только она? Другие тресы-гладиаторы, к поимке которых он приложил руку, — тоже. Да, желающих поквитаться с бывшим хэдхантером на арене будет с избытком.

— Если есть, — продолжал Георгий, — организаторы боев об этом знают. А стоит одному начать махач — другие подхватят. Ну а когда прольется первая кровь — никого уже не расцепишь.

— Почему?

— Странные вопросы ты задаешь, — невесело улыбнулся Георгий. — Хотя тебе простительно. Ты еще не был на арене. Ты не знаешь… не понимаешь.

— Чего не знаю? Не понимаю чего?

— Ну, представь: вваливается на огороженную площадку орава обозленных и перепуганных людей. Каждый спешит схватить оружие и каждый знает, что если не он убьет другого, значит, убьют его. Так что все происходит само собой. Колизейская арена специально создана для того, чтобы убивать. И на ней убивают.

— Как-то неразумно все это! — пробормотал Борис. — Добывать тресов становится все труднее. Они стоят все дороже. А в колизеях их вырезают сотнями.

Георгий рассмеялся:

— Еще как разумно! Гладиаторские бои приносят прибыль, которая тебе и не снилась. И тем большую прибыль они приносят, чем сильнее ощущается дефицит тресов. Платежеспособных свободных граждан давно и умело подсадили на это зрелище. Они без него уже не могут. Они готовы платить любые деньги, лишь бы шоу продолжалось. Да и мы как тресы, видимо, ни на что другое не годимся.