\

Торопиться было некуда, но оставаться на месте стало совсем невыносимо. – Что ж такого она вытворяет, что лишь Трофиму и сгодится?

- Что? – переспросил он, пристроившись рядом. – Стреляет из пистоля и арбалета, рубится шашкой, усмиряет диких лошадей.

- Сдается мне, что детство свое она провела в полку Алексея Степановича, - предположила я, впечатленная перечисленным.

- У него, - как-то… подозрительно тяжело вздохнул Иван, наводя меня на следующую догадку.

- Интересно, а кто же был ее наставником? – демонстративно не глядя на бывшего денщика графа Горина, задумчиво протянула я.

Ответ Ивана получился невразумительным.

Впрочем, другого и не требовалось. Горделивая улыбка, появившаяся на его лица, сказала значительно больше, чем слова….

***      Здание почтовой станции было добротным: двухэтажный дом, вытянувшийся вдоль выложенной камнем площади, на которой сейчас стояли карета и две открытые коляски. С десяток лошадей привязаны к коновязи. Воины, вроде как без всякого порядка, прогуливались неподалеку.

Дальше, за высокими деревьями, прятался трактир с гостиничными номерами, а чуть в стороне виднелись конюшня и дворовые постройки.

- Может, обойдется? – с надеждой предположила я, наблюдая за разговором, который вели Трофим и Раевский.

Лица офицера не разглядеть, только мундир гвардейского полка, расквартированного в столице, но этого оказалось достаточно, чтобы понять: с магом они были ровесниками.

- Нет! – уверенно произнес Иван. – Он – безродный, Метельский ему покровительствует.

- Вот даже как! – качнула я головой, догадываясь, о чем Иван предпочел умолчать.

- Видите вот тех двоих? – он указал на воинов, почти полностью скрытых запряженными в карету лошадьми. – Раевскому достаточно дать знак, чтобы они набросили магические путы.

- И что же делать? – не сдержала я волнения. А ведь пыталась… до последнего пыталась выглядеть невозмутимой.

- Ждать! – коротко бросил Иван.

- Ждать, так ждать, - смиренно отозвалась я, чувствуя, что сил на это уже не осталось. – А что бы сделала Алевтина, попробуй Раевский остановить ее? – неожиданно для самой себя, полюбопытствовала я.

Девушка интересовала меня все больше и больше. И неважно, что, по словам Ивана, ее сейчас не было в поместье графа Горина. Желания узнать ее лучше это нисколько не умаляло.

- Что бы сделала? – свел он к переносице густые брови. – Будь одета, как вы, отходила хлыстом.

- Отходила хлыстом? – не поверила я. – Но за что?

- Потому что граф учил ее, что дворянин никогда не позволит грубости по отношению к благородной даме. А уже если позволил…

- … то это – не дворянин, - закончила я за него. – И ей приходилось…."

"- … отхаживать хлыстом? – на этот раз уже Иван продолжил мой вопрос. – Да. А одного даже на дуэль вызвала.