\

Судя по тому, как недоброжелательно посмотрела на Амиру, та самая жена, ставшая теперь в доме старшей.

Ни приветствий, ни представлений. Рахмат, словно и не заметив сестру, просто указал мне на место напротив Сашко и вернулся то ли к письму, то ли к депеше, которую держал в руке. На тяжелой скатерти у его руки лежало сургучное крошево. Кусочки сорванной печати острые, нервные….

Слуга подошел, отвлекая, наполнил мою тарелку ароматно пахнущей похлебкой. Я потянулась за лепешкой….

- Граф Шуйский отправил в горы гонца, - неожиданно оторвавшись от чтения, поднял Рахмат голову. - Говорят, ищет сына.

Я – вздрогнула, ложка выпала из руки, с тонким, протяжным звуком скользнула по краю фарфоровой чашки.

Жена Рахмата бросила на меня презрительный взгляд, но ничего не сказала.

Прекрасная гордая горянка…. Она была такой же холодной и бездушной, как снежные вершины.

- У графа Шуйского нет детей, - равнодушно отозвался Сашко, возвращая меня к другим проблемам. Поднес к губам бокал с вином, сделал глоток. – Только воспитанник, которого он обвинил в краже важных документов и выбросил, как глупого щенка.

Граф Шуйский. Подданный Ровелина. В нашем доме он бывал. По каким делам, я не знала – разговаривали они с Георгием за закрытыми дверями, но так было даже лучше. Впечатление граф производил не самое приятное. Высокомерный, скользкий. Взгляд острый, с поддевкой, как если бы он проник в самую душу, выискивая там то, что пряталось даже от самого себя.

- Здесь, - Рахмат помахал бумагой, - написано, что истинный виновник найден. Граф хочет вернуть сына….

- Четыре года спустя, - ухмыльнулся Сашко. – На этом не получится заработать, - продолжил угрюмо. – Его воспитанника убил твой Карим.

И так он произнес это… зло, веско, что я невольно сглотнула, покосившись на заигравшего желваками Рахмата.

- Я могу вас поблагодарить….

Идея разбавить тишину собственным голосом едва ли не сразу перестала казаться разумной. Зыркнули на меня оба. Один – недовольно. Второй – предостерегая.

Опустив голову, вновь взялась за ложку.

То, что останусь без завтрака, сомнений не вызывало. При таком напряжении за столом кусок в горло совершенно не лез.

- Слышал я, дела у него не очень хороши, - Рахмат снова был спокоен.

- Он сам выбрал свою судьбу, - безразлично отозвался Сашко. Вновь пригубил вино… в бокале если и уменьшилось, то взглядом не заметить. – Когда должен прибыть посланник Красина? – откинувшись на спинку стула, небрежно поинтересовался он.

- Через три дня, - Рахмат отложил бумагу, окинул задумчивым взглядом стол. Потом нахмурился, посмотрел на меня, на Амиру: - Она выглядит изможденной. Скажут, что князь не чтит законы гор!

- Болезнь была тяжелой, - попыталась объясниться Амира. Она так же, как и я, держалась довольно настороженно.