Бессердечный повеса

Вытащив один из томов, он бесстрастно его осмотрел.

– Какого чёрта мы говорим о подходящей паре для леди Хелен? Её будущее не твоя забота. После того как мы продадим поместье, ты, скорее всего, никогда её больше не увидишь.

Девон провёл пальцами по узору из пчёл и ответил:

– Я не собираюсь продавать поместье.

Уэст чуть не выронил книгу, которую вертел в руках.

Он не хотел объяснять причин, пока сам в них до конца не разобрался.

– У меня нет желания становиться безземельным графом.

– Когда это твоя гордость имела значение?

– Теперь, когда я стал пэром, она имеет значение.

Уэст бросил на него резкий, оценивающий взгляд.

– Ты никогда не предполагал, что унаследуешь Приорат Эверсби, не хотел его заполучить и никоим образом не готов к этому. Оно как удавка на шее. Я не осознавал этого в полной мере до встречи с Тотхиллом и Фоггом сегодня утром. Ты будешь дураком, если не продашь имение, оставив себе только титул.

– Титул ничего не значит без поместья.

– Ты не можешь позволить себе оставить поместье.

– Тогда придётся что-нибудь придумать.

– Что? Ты понятия не имеешь, как управлять финансами в сложившихся обстоятельствах.

А что до сельского хозяйства, ты за свою жизнь и семечки репы не посадил. Какими бы навыками ты ни обладал, их точно не достаточно для управления поместьем.

Как ни странно, но чем упорнее брат высказывал сомнения, которые и так переполняли Девона, тем упрямее он становился.

– Раз Тео смог, будь я проклят, если не попытаюсь научиться.

Уэст недоверчиво покачал головой.

– Так вот откуда взялся этот бред? Ты пытаешься соревноваться с нашим мёртвым кузеном?

– Не будь идиотом, – огрызнулся Девон. – Разве не очевидно, что на карту поставлено гораздо больше? Бога ради, оглядись.

От поместья зависят сотни людей. Без него, многие не выживут. Скажи, что ты готов встретиться лицом к лицу с одним из арендаторов и сказать ему, что он должен переехать вместе с семьёй в Манчестер и работать на вонючем заводе.

– Как работа на заводе может быть хуже жизни на грязном клочке фермерской земли?

– Принимая во внимание городские болезни, преступность, трущобные переулки, и крайнюю нищету, – ехидно ответил Девон. – Я бы сказал, что работа на заводе значительно хуже. И если мои арендаторы и слуги все уедут, какие наступят последствия для деревни Эверсби? Что станет с торговцами и дельцами после того, как поместье будет продано? Я должен постараться что-то сделать, Уэст.

Брат уставился на него, как будто увидел впервые.

Губы Уэста насмешливо изогнулись в издёвке.

– Скажи мне вот что, о Великий! Что думаешь, произойдёт, когда ты потерпишь неудачу?

– Я не могу думать о неудаче. Иначе, буду обречён с самого начала.

– Я бы и не стал тебя просить, – возразил Девон, направляясь к двери.