Параллельные (СИ)

Во время нашего брака я лишь изредка баловался сигаретами, а сейчас… Сейчас же казалось, что начни я дымить дома, то это послужит финальным доказательством того, что жену я потерял окончательно. Хотя какие ещё доказательства мне были нужны? Но упрямое сознание продолжало цепляться за воспоминания, вещи, обычаи и… запахи. В квартире всё ещё неуловимо пахло ею — чем-то тонким и родным.

Я ведь с самого начала знал, что Нина не простит и не поймёт, просто потому, что… такое не прощают.

На часах светилась половина четвёртого утра. Ни туда и ни сюда. Ложиться спать было бессмысленно — не усну. Уже которую неделю мучила бессонница. У меня в принципе со всем в последнее время было так себе. Со всем, кроме бизнеса — там, как ни странно, всё работало как часы. Может быть, и не зря я последние годы рвал жилы, мотаясь по стране и налаживая многочисленные связи и процессы? Хотя кому я вру. Я просто бежал. От Нины, от Егора, от Карины… от себя.

Хотелось с кем-нибудь поговорить. И желательно не с мозгоправом, который до тошноты понимающе кивал на всё, что бы я ни говорил. Раньше я позвонил бы Косте — без оглядки на время, место, обстоятельства. Между нами никогда не было особых тайн и преград, кроме одной — его чувств к моей жене. Раньше, но не сейчас.

В памяти тут же всплыл наш последний разговор."

"Мы сидели на полу в гробовой тишине его съёмной хаты, лишь иногда нарушаемой шмыганьем разбитого козыревского носа. Я тоже не шевелился, боясь разомкнуть пальцы, которыми вцепился себе в волосы. Словно ослабь я хватку хоть на мгновение, непременно накинулся бы на друга. И уверенности в том, что смогу остановиться, у меня не было.

— Лучше бы ты с ней переспал, — наконец-то прохрипел я, распрямляя онемевшие пальцы.

Костя невнятно хрюкнул и утёр тыльной стороной ладони кровь с лица.

— Кому? Тебе или ей?

— Ты хоть понимаешь, что мы её чуть не убили своей любовью?!

Дважды мне доводилось видеть восковое лицо Нины в реанимации, и оба раза были результатом моих ошибок. Что просто выкашивало мой мозг.

— В этот раз у меня было всё под контролем, — упрямо гнул он своё. — Если бы не эта парочка убогих…

— То нашлось бы что-нибудь ещё, — устало пробормотал я, после чего выдал зло: — Как тебе вообще пришло в голову играть нашими судьбами?!

Козырев нервно рассмеялся:

— Можно подумать, все эти годы ты занимался не этим. Просто привык, что по итогу ты самый умный у нас… Вся чёрная работа моя, а ты, как обычно, на мне.

Крыть было нечем.

Опять замолчали. Уставился на свою руку с разбитыми костяшками, с силой сжал и разжал кулак. Боли я не чувствовал.

Примчался сюда, ослеплённый гневом из-за предательства лучшего друга, полагая, что тот спит с моей (моей, несмотря ни на что) женой. Нужные люди донесли.