Фавориты Фортуны

Нет, города, о которых я говорю, в большинстве своем были вынуждены принимать у себя легионы Карбона. Они согласились на это не добровольно! Я имею в виду Сполетий и Клузий. В данный момент они кипят от возмущения, ибо потеряли свои городские земли, хотя неповинны в предательстве. Это просто несчастные жертвы гражданской войны, оказавшиеся на пути чьей-то армии.

Лепид помолчал, посмотрел на ряды сенаторов и остался доволен увиденным. Он продолжил, добавив больше чувства:

– Итак, мы не говорим о тех городах, которые активно поддерживали Карбона. Их земель более чем достаточно, чтобы поселить на них солдат Суллы.

Я должен подчеркнуть это. Италия теперь римская, ее гражданам предоставлены политические права, и они распределены по всем тридцати пяти трибам. И все же ко многим жителям Этрурии и Умбрии до сих пор относятся как к мятежникам. Да, в былые времена Рим всегда конфисковывал общественные земли мятежного региона. Но как может Рим аннексировать земли римских граждан? А жители Этрурии и Умбрии признаны римскими гражданами! Здесь кроется противоречие! И мы, отцы-сенаторы, управляющие Римом, не станем впредь поощрять подобную практику. Если мы будем действовать так и дальше, Этрурия и Умбрия снова восстанут. А Рим не может позволить себе еще одну гражданскую войну при таком натиске извне! В настоящий момент нам нужно найти деньги, чтобы содержать четырнадцать легионов, сражающихся против Квинта Сертория. И очевидно, что именно сюда должны идти наши драгоценные средства. Мой закон вернет земли Клузию и Тудеру и успокоит народ Этрурии и Умбрии, прежде чем станет слишком поздно.

Сенат слушал внимательно, хотя Катул очень резко высказался против этих мер, в чем его поддержали самые консервативные элементы, сторонники Суллы.

Лепид этого ожидал.

– Это лишь первый шаг! – сердито выкрикнул Катул. – Марк Эмилий Лепид намеревается ликвидировать наше новое законодательство по кускам, начав с мер, которые, как он знает, понравятся нынешнему составу сената! Но я говорю, что этого нельзя допустить! Каждое предложение, которое ему удастся направить в трибутные комиции с приложением senatus consultum, придаст ему смелости, и он пойдет все дальше и дальше!

Ни Цетег, ни Филипп не поддержали Катула.

И тут Лепид почувствовал, что может одержать верх. Конечно, странно, что они не поддержали Катула, но зачем же сомневаться в таком подарке судьбы? Поэтому, не дожидаясь одобрения сената, он выдвинул еще одно предложение.

– Необходимо снять эмбарго нашего оплакиваемого диктатора на продажу общественного зерна по цене ниже стоимости, установленной частными торговцами, – твердо сказал он.

Двери курии были распахнуты, чтобы стоявшие на улице могли слышать, что происходит в сенате.